Книга Волчья страсть. Красная Шапочка по неволе, страница 47 – Ева Тайга

Спустилась к камину и набрала в ладонь несколько кусочков угля. Вернулась к Эрику перемазанная и со стаканом воды.

— Съешь сколько сможешь, потом запей.

Эрик вытаращил глаза, но уголь взял.

— Это для чего?

— У тебя отравление сильное. Твой волк ночью нажрался отравленного мяса, над которым Генри поколдовал. Я ему предлагала, он не стал лечиться, поэтому тебе так плохо из-за его вредности.

Я сунула уголь прямо под нос мужчины.

Он послушно приподнялся, взял хрупкий кусочек и с хрустом прожевал. Потом также послушно запил предложенной водой.

— Твоё лицо почти зажило. Быстро восстанавливаешься.

Эрик встал, но тут же закачался. Я подхватила его за плечо.

— Да… Толку с этого, правда. Вот бы до старости так было…

— Хорошего понемножку.

Я нервно хохотнула, а Эрик посмотрел на меня со смесью укоризны и смеха.

— Шутишь всё… Ну ладно, это было смешно. Немного.

Вдвоём осторожно и медленно дошли до уборной. Спустился Эрик уже сам и принялся жадно пить воду прям из пятилитровой бутылки.

— Тебе не холодно? Морозить должно, по идее.

Эрик обернулся, встряхнув волосами. Он был в одном полотенце на бёдрах, как обычно.

— Я как-то не чувствую холода. Мне кажется, что свежо и всё.

Свежо ему… Ну конечно, у него ведь шерсть под кожей.

Есть не хотелось, на улице было жарко и душно. Воздух казался переполненным электричеством, как перед грозой.

К середине дня и в правду зарядил сильный дождь, а с ним пришли и молнии. Небо стало тёмным и устрашающим, в доме снова было жутко и пугающе.

Эрик спал почти весь день, а вылез из кровати только когда пошёл ливень, барабанящий так сильно, словно на улице был град.

Я сидела с чашкой кофе, кутаясь в плед. Было очень холодно, но камин разжечь было нечем. Я просто не знала, где взять ещё дров.

— Какой хороший дождик. Грибы будут… — голос мужчины заставил меня вздрогнуть. Он выглядел гораздо лучше, даже слишком хорошо. Привычный румянец и блеск глаз вернулся.

— Да ты сам как гриб. Вылез тут… Тебе лежать надо, отдыхать. — в голосе прозвучали материнские интонации.

— Со мной уже хорошо всё. Я чувствую, что отрава ушла. Надеюсь, впредь он будет осторожнее.

Немного помолчали. Через минуту я раздражённо отставила чашку.

— Эрик, мне скучно. Я прочитала все книги, пролистала все новости. А ещё мне холодно. Может, у тебя тут какие-нибудь настольные игры есть? Или карты хотя бы.

Глаза оборотня загорелись.

— Карты есть. Я и играть умею. А на что будем, на раздевания или на желания?

Я фыркнула, отворачиваясь.

— Ага, щас. Обойдёшься.

— Тогда на вопросы. С честными ответами. А ещё на случай такого дождливого дня я припас отличный бурбон и сладкий сыр.

Вот хитрец… Ну, это поинтереснее чем просто сидеть.

Я согласилась.

Эрик тут же встал из-за стола, а через минуту принёс колоду карт и два квадратных бокала. Пошуршал в ящиках и выудил пузатую, круглую бутылку бурбона и коробку с ломтиками хрустящего сыра.

Устроились на полу перед камином.

В первый раз выиграл Эрик. Он опрокинул себе в рот содержимое стакана и, не морщась, закусил сыром.

Я же никак не могла взять в толк, где именно ошиблась. Видимо, уже захмелела. Бурбон и правда оказался хорошим.

— Ну что, за мной первый вопрос? Сейчас придумаю.

Замолчали ненадолго, Эрик подлил ещё, выпили, не закусывая. Густая, янтарная жидкость приятно обожгла язык и горло, разгорячила нутро.