Книга Закрытая академия. Сломанная Истинная для дракона, страница 102 – Анна Флор

Зрачки из человеческих вытягиваются в тонкую вертикальную линию, в сами радужки темнеют, становясь почти черными. Выглядит жутко. И мне бы бояться этого нового Кайна после Восхождения, но я знаю, что он не навредит мне.

— Кроме того, что он обаятельный и умный парень? Пожалуй, нет, — стараюсь говорить невозмутимо.

— Он просто изворотливая мразь, — выплевывает ожесточенно. — Хоть раз подумай своей головой, прежде чем что-то делать.

— Переживаешь за меня?

Кайн будто прячет своё беспокойство за раздражением и грубостью.

— Нет, на хрен, за него. Что ты вообще о нем знаешь?

И внутри меня вспыхивает злость:

— Он к нам из другой академии перевелся. Хороший парень, у него по всем предметам высший балл, он любит плавание так же, как и я. У нас с ним много общего. Не смей оскорблять его, не зная его!

— Он не тот, за кого себя выдаёт, Айра, — цедит Кайн, хватая меня за талию, притягивает к себе, отчего я упираюсь ладонями в твердую грудь. — Держись от него подальше, поняла? Шайн в госпитале из-за него. Он ему просто поджарил мозги. Это сделал твой новый дружок.

Нос заполняет привычная свежесть мужского парфюма, что выбивает твердую почву из-под ног, унося меня в мир удовольствий от одного только этого запаха, что хочется вдыхать вновь.

Всматриваюсь в безжалостные потемневшие глаза Истинного и просто пытаюсь понять, что происходит с Кайном.

Вот так стоять с ним посередине коридора общежития, будучи полностью в его руках, ощущать его властные касания на своей талии… Это выбивает почву из-под ног. Делает меня податливой, слабой. Готовой простить Кайну его жесткость.

— Все ещё веришь, что он просто хороший парень?

— Все ещё не верю, что ты подослал к нему Шайна.

Кайн запрокидывает голову и издает кратный смешок.

— Бездна меня подери… Я говорю тебе о том, что этот Арсаль не дружелюбный одногрупрник, каким ты его видишь, а кто-то очень хорошо скрывающий свою сущность. И магию. Ты в курсе, что Менталисту, чтобы получить самому ментальный ожог, надо самому себе поджарить мозги? Шайн, по-твоему, стал бы вдруг сам с собой такое проворачивать?

Поджимаю губы и упрямо твержу:

— Это не Арсаль. Он жертва. Не знаю, кто сделал это с Шайном, но я успела узнать Арсаля. Это не он.

Кайн приближает свое лицо к моему. Горячее дыхание приятно щекочет нос и губы. Такая близость к нему слишком волнительна, она вынуждает мысли разбегаться. Недосягаемый и непромокаемый, как дикий зверь. Теперь я понимаю отчётливо, как много в Кайне от дракона. Зверь.

Кайн кончиком носа проводит по моей щеке и томно произносит мне на ухо:

— Ещё недавно я отдавал дань уважения твоему интеллекту.

А мне становится обидно от оскорбления.

— О, это мне говорит тот, кто ещё недавно был на побегушках у гвардейцев, — язвлю я тут же.

Но спустя секунду осознаю, что в желании провоцировать Кайна веду себя достаточно грубо. Так же, как и он. Бездново пекло!

Кайн, слегка отстранившись, кривит губы в злой усмешке. В его глазах горит тихая ярость, и кажется, что она сочится из него просто.

— Повтори, дорогая, что ты только что сказала?

Он говорит это обманчиво ласковым голосом. До мурашек…

Его теплые ладони, оглаживающие талию, скользят по бедрам. В момент, когда он их убирает, я инстинктивно делаю пару шагов назад, пятясь к двери в комнату.