Книга Закрытая академия. Сломанная Истинная для дракона, страница 120 – Анна Флор

— Кайн, расскажи ей, — поддакивает Арсаль из клетки, просунув руки через прутья. — Обожаю эти сентиментальные моменты, когда открываются страшные тайны. Или хочешь, я сниму с тебя груз ответственности и сам ей всё расскажу?

Сжав челюсти до желваков, открываю засов клетки и убираю теневую защиту.

Арсаль победно хмыкает и покидает заточение.

— Что расскажешь? — цепляется тут же за слова Айра.

— Да так, — уклончиво отвечает Арсаль, отряхивая брюки. — Твой Истинный — очень ревнивая натура. И он пока не готов стать мне братом. Очень страшная тайна, правда, милая Айра?

Разражённо толкнув плечом Арса, обнимаю Айру за талию, и мы проходим вперёд.

— Ревность вышла из берегов, — сжав челюсти, произношу очередную ложь.

Проводив Айру к ее комнате, возвращаюсь в свою.

Айра

— О чем думаешь, милая? — ласково произносит Арс, наклонившись ко мне.

Мы сидим на первой паре по Артефакторике. Я старательно записываю лекцию за магистром, но ухожу в размышления о происходящем вокруг меня.

Восьмой день Джени в госпитале. Восьмой день о ней и о Шайне нет новостей. Прокручиваю в голове наши с ней беззаботные дни в общемагической школе. Вспоминаю хорошие моменты. Что, если память к ней так и не вернётся? Она потеряет свою жизнь. Ее придется собирать по крупицам…

И горечь разливается в груди от осознания потери единственной в жизни близкой подруги.

— О Джени, — перевожу затуманенный от проступивших слез взгляд на Арса.

Арс вздыхает, цепляет пальцами мой подбородок и грустно улыбается.

— Мне не нравится видеть тебя такой грустной.

— Прошла неделя, но Джени так и не вернула память. Мне не хватает ее, — шепотом поясняю, отворачиваясь к кафедре.

Магистр что-то перелисиываеи в учебнике, ожидая терпеливо, пока мы перепишем тезисы с маг-доски.

— Ее возвращение тебя бы порадовало? — голосом змея-искусителя спрашивает Арсаль.

— Она моя подруга. Я скучаю по ней, — признаюсь ему. — Конечно, я была бы счастлива.

Арс хмыкает.

Остаток лекции я стараюсь отгонять недобрые мысли. Только всё равно всё больше и больше задумываюсь над словами Кайна. Как Арсаль причастен ко всему? О чем был их вчерашний разговор в подземельях корпуса? Ощущение, что от меня утаивают нечто важное, только усиливается. И от этого становится совсем тоскливо. Я просто устала от всего этого.

* * *

Проходит ещё два дня, прежде чем в ворота академии входит Джени в сопровождении Чейза. Оба улыбаются, о чем-то весело и беззаботно переговариваясь.

Бросив сумку на скамейке в сквере двора Альваросе, бегу к подруге, и стоит ей меня заметить, она улыбается шире, но в глазах блестят слезы.

— Джени! — Кидаюсь на шею подруге и крепко обнимаю. Зажмуриваюсь, ощущая, как грохочет сердце в груди, а в горле встаёт ком.

Мы с ней не говорили три с половиной недели.

Джени крепко прижимает меня к себе. Ее теплые руки скользят по моей спине, гладят успокаивающе. Джени торопливо произносит дрожащим голосом:

— Прости меня, Айра. Прости, что не была рядом, не объясняла, не поддерживала. Кайн запретил… Я хотела поговорить с тобой в тот день, когда… Я что-то увидела. Боги милостивые! Я вспомнила только то, что было до того дня. Память вернулась вчера, Айра, представляешь? Сама по себе! Целители оставили меня до сегодняшнего утра и сообщили брату.