Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 343 – Канна Шорен

— Хорошо. Гадайте.

Старуха улыбнулась своим щербатым ртом, но это не испугало, не оттолкнуло. Она отпустила меня и хлопнула в ладоши, сказав что-то на гортанном, неизвестном мне языке. И вокруг нас засуетились люди. Мужчины в широких ярких рубахах вытащили откуда-то старенький складной стол и два уже давно видавших виды, но чистых стула. Какая-то молодая женщина застелила стол выцветшей скатертью из порядком потёртого бархата.

— Садись, дочка, — ласково произнесла старуха.

Я села. Люди вокруг замерли и затихли. Даже детишки смотрели на нас немного испуганными тёмными глазами, сжимая в ручках юбки матерей. Все смотрели на нас с тихим, поистине почтительным любопытством.

Старушка развязала передо мной старый, выцветший, но хранящий остатки былой роскоши шёлковый платок и достала карты. Таро. Старые, потрёпанный, с загнутыми краями, с порядком стёртым слоем золота, которое ещё поблёскивало тускло и немного таинственно. Она поудобнее устроила в руке колоду и начала выкладывать карты — одну за одной, медленно, с паузами, словно читая видимый только ей текст.

— Судьба твоя золотом уложена, девочка, — сказала женщина, переворачивая карту за картой. — Смотри, все масти собрала: и жезлы, и пентакли, и кубки. Не только деньги, но и любовью, и детьми… Да только судьба слезами прошлого усеяна. Сложная она у тебя, непростая.

Я смотрела на карты с полным непониманием того, а что вообще она на них видит. Но почему-то не могло оторвать взгляд.

— Мужчина твой Богиней тебе послан, — продолжила говорить женщина. — Он — твоя опора, твоя стена, твой щит и меч. Но недругов всё равно бойся… Они найдут как обойти его и сделать тебе больно. Ты… Женщину злую берегись. Она не хочет, чтобы дитя у тебя когда-нибудь было. Многие этого хотят, но она — сильнее всех.

Я нервно сглотнула и лишь кивнула, боясь что-то сказать. Что за женщина? Почему именно она? Но боялась даже заикнуться о том, чтобы узнать подробности.

— Ох… Мальчик рядом с ним, — старуха внезапно улыбнулась. — Светлая душа. Ты ему матерью станешь не по рождению, по сердцу.

— Лео… — прошептала я.

— Ах, знаешь уже! — рома рассмеялась клокочущим старческим смехом. — Тогда легче будет, девочка моя, — сказала она, вытащив ещё одну карту. — Но ты дочерей ему подаришь, которых он так хочет. В тебя, красавица, девочки будут.

Я впервые улыбнулась. Немного нервно, но счастливо. Дочки — это прекрасно.

— Это он, — старуха вытащила из колоды карту с седовласым мужчиной на троне. — Император. Сильный, властный, живёт головой. Но с тобой… — она вытащила карту с женщиной со скипетром. — Ах, императрица! Это ты, дочка, это ты! Ах! Ну и пара! Он — голова, ты — сердце! Ну-ка, ну-ка… Какой будет у вас союз?.. — бормотала она, вытаскивая ещё одну карту, та легла поверх предыдущих, на ней были изображены двое обнажённых влюблённых. — Влюбленные! Цени, красавица, этот союз, крепче вековых дубов он. Когда лихой час настанет, силы ваши будут друг в друге. Прикрой его спину, помоги ему, стань опорой, но не потеряй себя. Потеряешь себя — станешь тенью, ничем. И он этого не переживёт. Поняла меня?

— Поняла, бабушка… — сказала я, почувствовав, как предательская слеза скатилась по щеке, за ней другие, но при этом улыбка расцвела на моих рубах.