Книга (Не) Пара для генерала драконов, страница 39 – Валентина Ладная

— Очень бы хотелось на это надеяться.

Обхватив себя руками, невинно опустила глаза.

— Вынуждена вас огорчить. Это не я. Я все та же серая… разве вы не видите.

Честно, я не знала, какая я сейчас. Но родные молчали, и я решила идти напролом.

— Нет, Дара. Не вижу. Ты изменилась. И, что самое удивительное, ты полностью скрыта от меня. И скорее всего, уже никто не сможет определить твой цвет.

Я от удивления расширила глаза.

Ты слышишь, Бетрина? Самый сильный дракон нас не видит! Не видит!

Облегчение согрело меня и успокоило драконицу.

— Возможно, все дело в истинности. Возможно, именно она на меня так влияет?

Он согласился со мной.

— Все возможно…

Но не поверил. По взгляду видела.

Он встал.

Я вместе с ним.

Подумала, что удовлетворила его любопытство и теперь можно выдохнуть с облегчением.

Сделав пару шагов к выходу, император резко развернулся и возвращаясь назад, схватил меня за руки.

— Послезавтра у тебя свадьба, Дара. Я обещал генералу повести тебя к алтарю. И мне очень хочется верить, что такой чести удостоится праведная драконица, а не лгунья…

Его глаза загорелись красным огнем… и я увидела его дракона. Сильного, огромного. Они оба поглощали меня, питаясь эмоциями.

Все вокруг стало блеклым, неинтересным. Мне очень хотелось спать. От их губительного влияния меня спасла драконица. Она укусила меня, чувствительно и болезненно. Но это позволило прийти в себя и сбросить наваждение.

Я снова чувствовала свое тело… Я снова различала оттенки и краски.

Император задумался, отступая назад, а потом задумчиво произнес.

— Интересно.

Это последнее на сегодня, что он сказал, прежде чем наконец покинуть наш дом.

А я еще долго стояла и не понимала, то ли мне прямо сейчас наплевать на все и бежать, либо подчиниться и ждать, что будет дальше.

Ночью проснулась от тряски. Бетрина ревела, требуя свободы.

Я встала, не зная, как поступить.

— Нельзя нам гулять. Нас могут поймать.

Но моя новорожденная, упрямясь, бодала меня, выцарапывая свободу.

Подняв руки к лицу, я в ужасе понимала, что мне ее не сдержать.

Белая, жемчужная чешуя уже ломилась наружу, покрывая кожу до локтей. Во рту под языком ныли острые, как кинжалы, зубы…

Ноги против моей воли, как бы я ни противилась, вели меня к балкону.

— Подожди, Бетрина. Нет. Остановись!

Она меня не слышала или попросту отказывалась слушать.

Прохладный ночной воздух освежил мысли, посылая сигналы мозгу попробовать еще раз.

— Девочка моя, давай успокоимся. Потерпи!

Но все безрезультатно. Особенно как я услышала то, после чего обреченно поняла, что выбора у меня не осталось… Ее громкое, рычащее:

— НЕТ!

Я взмыла в небо… мы взмыли.

На меня обрушились невероятный восторг и ликование.

Чувство свободы наполняло и пьянило, подначивая нас еще быстрее махать крыльями. Под нами расстилалось огромное поле. Но моя неугомонная спешила к воде, где в отражении блестели звезды и искрилась полная, усыпанная, будто драгоценными камнями, луна.

Вода приближалась.

Я ощутила ее свежий, солоноватый привкус.

Море. Темное в ночи… оно шумело, оглушая своей мощью.

Как красиво и как… слов не подобрать, что я чувствовала. Что мы обе чувствовали.

Это прекрасно. И я понимала, почему Бетрина так стремилась в небо.

Я бы так и летала, не зная забот и тревог. Но в атмосфере что-то поменялось.