Книга (Не) Пара для генерала драконов, страница 76 – Валентина Ладная

Веррион. Его запах узнала сразу, да и тепло обнаженного тела ощущала так остро, что мгновенно задохнулась, почувствовав на себе его руки. Он шел быстрым отточенным шагом по песку, в его движениях явно ощущалось напряжение, а я боялась посмотреть ему в лицо. Потому что знала наверняка, что там увижу. Он злился… злился, что вновь заставила его отвлечься от важных дел, вынуждая вернуться.

Так он дошел до конюшни, где с явным раздражением грубо поставил на ноги и, не обращая никакого внимания, ища кого-то взглядом, грозно прорычал:

— Если ты, млять, сейчас не появишься, я найду и придушу тебя собственными руками…

Утро наступило быстро. Вчера, стоило голове коснуться подушки, я мгновенно уснул. А когда проснулся, то первым делом запросил почту. По-хорошему это нужно было сделать еще вечером. Но если честно, прошлый день не просто вымотал. Он опустошил, выбивая из меня незнакомые и потому такие болезненно яркие эмоции. Почта не принесла ничего, кроме дополнительной головной боли. Я все больше раздражался, когда читал подробные до скрежета зубов отчеты разведки. Вот уже два дня как их перенаправили на этот адрес. Проклятье. Все, что происходило на границе, никак нельзя было отодвинуть или проигнорировать. Не к добру, ох, чувствую, не к добру эти поползновения диких. Казалось, твари лезли изо всех щелей, да так резво и часто, что мои парни элементарно не успевали к месту диверсии. Только прикрывали один затор, прорывало в другом месте.

Что им понадобилось на нашей земле? Не иначе готовят какую-то масштабную заварушку. От таких мыслей болела голова, а настроение портилось. И то, что наутро таких почтовых пакетов принесли несколько, не прибавило красок. Я поморщился от сводящего скулы чувства, что я совершенно не контролирую ситуацию. А тот некто, обязательно стоящий за всем этим, движимый какой-то очень хреновой для нас, черных драконов, целью, сейчас на шаг впереди меня.

Бумага желтого с генеральской печатью конверта пахла дымом и деревом. Я разрезал длинным канцелярским ножом первый конверт и, развернув белоснежный лист, пробежал по нему глазами.

Новости неутешительные. Сегодня, как ни крути, придется навестить пограничную крепость. А если считать по километражу, то спокойно управлюсь до вечера.

Вечер… От мысли, что вечером я пойду к ней в спальню и наконец предъявлю свои права на нее… на ее тело, губы… от всего этого напрочь сносило голову и скручивало внутренности. Дожил. Ни о чем, кроме нее, серой жены, думать не хотелось. Все мысли крутились исключительно вокруг нее.

Мои губы до сих пор горели от того поцелуя. Как же я ненавидел себя за слабость и чувство ошеломительного, раскорчевывающего грудную клетку восторга, когда мои губы прикоснулись к ее. Только тогда я, больше не сопротивляясь, позволил себе слиться с эмоциями сходящего по ней с ума дракона и впервые осознал, прочувствовав все на собственной шкуре, что он чувствует. Я летел в пасть бездонной темной пропасти на огромной скорости, не желая останавливаться.

Только в экипаже, спустя какое-то время, наконец пришел в себя, пришел и возненавидел ее еще больше. Эта игра в гляделки. Ее невинный, сука, взгляд. Читал все и зверел от ее мастерской игры. Лживая тварь. Я правда думал, что наедине она сбросит с себя чужую кожу, представая передо мной настоящей. Я бы мог понять и даже принять ее такую. Но нет. До конца шла, не подозревая или не желая знать, что мне все известно. Сам тоже молчал, продолжая этот идиотский и слегка затянувшийся фарс.