Книга Иней между нашими сердцами, страница 30 – Кира Шелухина

— Ничего страшного, до свадьбы заживет, — попыталась она пошутить, но по ее лицу и слезящимся глазам было видно, что женщине очень больно.

— Госпожа, я не хотела, я случайно, — увидев меня, затараторила служанка, стоящая с ней рядом.

Видя, как девушка побледнела от страха и вины, я подошла к ней и, положив руку на плечо, тихо сказала:

— Успокойся и расскажи, что произошло.

— Я готовила суп, а Руфина захотела его попробовать. Я сняла крышку и… и… уронила ее. Я, правда, не хотела!

— Я тебя не виню, — успокоила служанку, подходя к экономке и аккуратно убирая полотенце, под которым оказался сильный ожог.

Кожа покраснела и на ней уже начали появляться волдыри. Я взяла женщину под локоть, чтобы увести из кухни.

— А как же обед? — заволновалась она.

— Обед подождет, — ответила я, сажая ее на диван в гостиной и присаживаясь рядом.

— Госпожа, не стоит, — сказала Руфина, — я позже сделаю припарку, и все пройдет.

— Не думаю, что это поможет, — возразила я, беря ее руку и осматривая рану.

И в этот момент неожиданно почувствовала, как возвращаются давно забытые ощущения — в груди разливалось тепло, а кончики пальцев начало покалывать. А потом мы обе изумленно наблюдали, как от голубого сияния, струящегося из моей ладони, ожог затягивается и пропадает прямо на глазах.

— Ох, — только и смогла выдохнуть экономка, смотря на свою руку, которая теперь была абсолютно здоровой.

Я молчала, не зная, что сказать и как реагировать на внезапно, после стольких лет, вновь проснувшийся дар. Ведь после смерти мамы я больше его не чувствовала и думала, что утратила навсегда. И сейчас, глядя на смуглую кожу, где не осталось и следа от ожога, не понимала — радоваться мне или бояться.

— Спасибо, — сказала женщина, как ни странно, не выражая ни удивления, ни страха.

— Я могу все объяснить, — прозвучал мой неуверенный голос.

— Не надо. Я слышала о твоей матушке и бабушке. Они помогли многим людям. И ты такая же.

В ответ я лишь кивнула, а потом тихо попросила:

— Пожалуйста, не говори герцогу.

— Хорошо, — согласилась она. — Но когда-нибудь тебе придется ему рассказать.

— Когда-нибудь, — повторила я, очень надеясь, что мне не придется этого делать.

— Пора подавать обед, — сказала Руфина, поднимаясь и разглаживая передник.

Я тоже встала, но тут же почувствовала головокружение и ухватилась за спинку дивана, чтобы не упасть.

— Голубушка, с тобой все в порядке? — забеспокоилась женщина, поддерживая меня.

— Да, просто слишком резко встала, — успокоила я ее.

Она кивнула, возвращаясь на кухню, а я медленно пошла в столовую. Весь оставшийся день я провела за чтением, а после ужина сразу отправилась спать, все еще ощущая слабость.

Проснувшись, к моему облегчению, я обнаружила, что слабость прошла, но на смену ей, как в детстве, пришло непреодолимое влечение к тем, кто нуждался в излечении. И, хотя я была совсем не против использовать свой дар для помощи другим, но очень боялась, что об этом узнает Дрейк. Ведь, если в наших краях к целителям относились с почтением, то, как говорила мама, так было далеко не везде. Во многих местах таких, как я, считали чуть ли не ведьмами, и под страхом смерти подобное целительство было запрещено. Да и, честно говоря, я не думала, что мужу понравится, кем я являюсь и тем более, что скрывала это от него. Возможно, если бы он знал об этом раньше, то не захотел бы нашего брака, но сейчас уже поздно было об этом размышлять.