Книга Жизнь в раю, страница 12 – Дан Берг

Встреча

1

Нет ничего удивительного в том, что Айзик поселился по соседству с Гершелем. И стулья, на которых бывшие раввин и цадик будут сидеть под навесом левиафановой кожи и учить Тору, не волей случая оказались рядом. Случайность не в ладах с рассудком и порядком. Это старший над раем свел вместе Гершеля и Айзика и поступил так вовсе не потому, что они земляки из Божина: мол, пусть и в раю останутся соседями. Дело в другом. Рай – это не Божин (тем более, Божин – не рай!), и Михаэль видит задачу небес широко, не только как вечную награду за праведность. Рай призван выпрямлять кривое и хранить обретенное. Ненасильное примирение соединяет сердца. Сойдясь вместе, бывшие неприятели полюбят друг друга и привязанность сохранят навсегда.

Что объединяло раввина и цадика, пока были живы? Соперничество, вражда, распри да общие беды, недругами иудейства чинимые. Они ведь и по одной улице никогда не хаживали, и молились в разных синагогах. Не то здесь, в раю. Тут совершенно иные виды открыты. Высоко вознесшись, далеко смотрит око.

Узревши друг друга, Гершель и Айзик обрадовались несказанно, но чувства свои выразили каждый сообразно его темпераменту. Ветеран благожелательно улыбнулся и протянул ладонь для рукопожатия. Новичок с ликующим приветственным криком бросился навстречу новой неминуемой дружбе. Объятия, похлопывания по плечам и спинам, внимательно-настороженные взгляды, комплименты.

Айзик удивился: почему Гершель не задавал вопросов о городе и о семье? “Наверное, райская жизнь стирает память о родном и о родных, – подумал Айзик, – если так, то и меня это ждет!”

— Как приняли тебя у нас на небесах? – спросил Гершель.

— Тяжкий путь. Твоя помощь решила дело, – ответил Айзик и благодарно пожал руку товарищу.

— Тебя познакомили с раем?

— Сперва ангел Насаргиэль показал мне ад, потом ангел Габриэль дал мне взглянуть на рай.

— В чью пользу сравнение?

— Тебе легко шутить, а я такого насмотрелся…

— Ты видел самые первые учреждения Господа!

— Габриэль сказал, что Бог создал рай и ад за две тысячи лет до сотворения земли.

— Я знал это из книг.

— Однако, рай и ад долго ожидали первых праведников и грешников!

— Будем учиться, и удивляться, и не удивляться, и постигать! – философично заметил Гершель.

— Габриэль показал мне четыре реки рая: Прат, Пишон, Гихон и Хидекель.

— Михаэль назвал другие четыре: реки текущие медом, молоком, вином и маслом афарсмон.

— Разберемся! Будем учиться и постигать! – подмигнул Айзик.

— Да, учиться! Сам Всевышний разъясняет праведникам и ангелам трудные вещи в Торе.

— Неужели? Я изумлен! Гершель, ты удостоился видеть Бога?

— О, нет, Айзик! Лишь после тысячи лет пребывания в раю можно претендовать на такую честь!

— Тысяча лет – это много или мало? Быстро или медленно течет время в раю?

— Мы в сладком плену многоликой Торы, и вечная новизна ее ускоряет наше время.

— Значит, я скоро забуду жуткое зрелище ада – не могу оправиться от него!

— Я не бывал там, но я воображаю эти муки.

— Не так муки страшны, как беспросветье душит!

— Что ты разумеешь, Айзик?

— Судьба моя на волоске висела. Попади я в ад – и не учить мне Торы. Вот мука!

— Пророк Эльяу помогает небезнадежным заблудшим овцам.

— Как помогает?

— В канун субботы Эльяу переселяет грешников из ада в целящий воздух рая.