Книга Сны, страница 14 – Дан Берг

— А довелось ли тебе, Шмулик познакомиться во сне с людьми, составляющими гордость английской нации? – спросил Шломо.

— Разумеется! Однажды сырым и не располагающим к прогулкам лондонским утром, когда я не собирался показывать нос на улицу, к гостинице торжественно подъехала исключительно богатая карета. Предварительно постучавши, в мою комнату на цыпочках вошел хозяин заведения. Он сообщил, что ко мне с визитом прибыла правящая королевская чета, и робко спросил, согласен ли я принять державных гостей? Я не имел ничего против, и через минуту-другую на пороге показались разодетые в пух и прах мужчина и женщина с золотыми коронами на головах.

— По-доброму завидую тебе, Шмулик. Какой блеск фантазии! Созерцаемые тобою сны создают иллюзию блаженства, пусть кратковременную. Только счастливые окончания хасидских сказок могут соперничать с жизненностью твоих видений!

— Погоди, Шломо. Сейчас убедишься, что чем дальше в лес, тем больше ягод. Только поклонился я коронованным особам, как они оба упали на колени, и давай умалять меня немедленно ехать с ними на пир, который задают, по твоему выражению, люди, составляющие гордость английской нации. Ты спросишь, кем гордятся островитяне? Отвечу: это знакомая тебе по первому твоему сну знаменитая сочинительница предосудительных романов и ее супруг, почти столь же знаменитый сочинитель. Я ответил согласием на просьбу короля и королевы. Втроем мы уселись в карету и поехали на пир.

— События наших снов – моего первого и твоего второго – весьма похожи, – заметил Шломо, – но сколь решительно разнятся поступки и мотивация героев! Фундаментальность отличий проистекает из абсолютного несходства наших характеров. Налицо очевидное проявление исследуемого нами феномена, не так ли, Шмулик?

— Безусловно! Однако слушай, друг, чему я стал свидетелем далее. Меня, как почетного гостя, усадили рядом с хозяевами во главе стола. Король и королева заняли места поскромнее. На белой скатерти теснились хорошо знакомые мне блюда, к которым я привык в Божине: фаршированная рыба с соусом, куриный бульон, крутые яйца, вареная морковь, то бишь цимес, ароматный чулент, белые плетеные халы, компот из сухих фруктов. С великолепием яств чудно гармонировала бутылка желтой водки, называемой в тех краях виски. В трапезный зал вошел главный раввин английской столицы. Он обнял меня, пожал руку, а потом заверил в абсолютной кошерности всех угощений. Раздались аплодисменты присутствующих.

— Ах, Шмулик, ну почему, почему мне не снятся такие прекрасные вещи? В другой раз возьми меня в свой сон, дружище!

— У меня есть для тебя прекрасная новость, Шломо! Я взял тебя в мой сон! Когда я доедал свою порцию фаршированной рыбы и вымакивал куском халы последние сгустки соуса на тарелке, я заметил, что ты тоже сидишь за столом и с аппетитом уплетаешь что-то. Потом ты подошел ко мне и незаметно шепнул на ухо, что, мол, на обратном пути в Божин желательно проехать через Антверпен и купить кружевные наряды для женщин. Сказавши это, ты исчез из моего сна, но, как я уже говорил, полезные знания прочно оседают в моей голове. Забегая вперед, замечу, что, возвращаясь домой, я воспользовался твоим советом и посетил столицу европейских кружев.

— Включив меня в свой радужный сон, ты поступил как настоящий друг! А не помнишь ли ты, дорогой Шмулик, что именно я ел за пиршественным столом?