Книга Пхёнган и Ондаль, страница 104 – Чхве Сагю

Высокая ограда защищала Зал Магнолий от ветра. Ночной туман сегодня казался необычайно густым. Сквозь плотную завесу смутно виднелись лишь очертания предметов.

— Вы, должно быть, пребываете на вершине блаженства. Чему же тогда так усердно молитесь? – внезапно раздался голос из темноты.

Пхёнган повернула голову, подумав, что ей послышалось. Но это точно был человеческий голос.

— Кто… кто здесь?

— Я не забывал вас ни на мгновение, Ваше Высочество. Но теперь испытываю не тоску по вам, а лишь жажду мести и ненависть.

— Ах, это вы, генерал. Я знала, что когда-нибудь вы появитесь.

Пхёнган огляделась, но Го Гон холодно произнес:

— Стража вам не поможет.

Рядом с Го Гоном появились его воины, пряча в ножны окровавленные мечи.

— Кто здесь? – послышался голос госпожи Са, на ощупь спускавшейся в сад.

Помощник Го Гона торопливо пояснил ему, что это мать Ондаля. Пхёнган быстро поднялась с места и загородила старую женщину.

— Все кончено, генерал. Члены вашей семьи остались живы и здоровы, – спокойно проговорила принцесса.

— Это не жизнь, а существование. Я хочу узнать, где находится мой отец.

— Гочуга живет со всеми полагающимися удобствами. Это все, что вам стоит знать.

— Велите Ондалю выйти.

— Нет, этому не бывать. Господин Ондаль больше не возьмет в руки меч.

В это мгновение туман покачнулся, и из темноты вышел Ондаль.

Го Гон приказал своему помощнику:

— Дай генералу Ондалю меч.

— Я услышал голоса и… Вот оно что. Генерал, я больше не сражаюсь. Прошу прощения. – Ондаль поклонился Го Гону. – У нас для этого больше нет причин.

— Если нет причины для драки, ее всегда можно придумать.

Го Гон стремительно вынул кинжал и бросил его в госпожу Са.

— Матушка! – одновременно закричали Ондаль и Пхёнган.

Но госпожа Са уже упала на землю, тяжело дыша. Из раны на ее груди сочилась кровь. Ондаль подбежал к матери и обнял ее. Старая женщина из последних сил сжала руку сына и навсегда закрыла глаза.

— Почувствуй и ты, каково это. Насколько больно терять родных людей. Это достаточно веская причина для нас, чтобы убить друг друга? – вопросил Го Гон, глядя на Ондаля.

Помешанный на ненависти Го Гон не знал одной важной вещи: того, что Ондаль лично просил короля пощадить его отца. Если бы он знал об этом, то, скорее всего, не стал бы так жестоко убивать мать Ондаля. Но этим они и отличались друг от друга.

Ондаль горько плакал. Его глаза покраснели, а по щекам без конца катились слезы.

— Чем провинилась перед тобой моя слепая матушка? Она всего лишь старая женщина, которая провела всю свою жизнь в темноте.

— Хватит слов. Дайте ему меч, – холодно ответил Го Гон.

Его помощник протянул Ондалю свой меч.

Го Гон покачал головой:

— Ему нужны два меча.

Однако Ондаль лишь пристально посмотрел на Го Гона и сказал:

— Просто убейте меня.

— Ондаль, нет! – отчаянно закричала Пхёнган, проливавшая слезы над мертвым телом госпожи Са.

— Я не собираюсь повторять. Держи меч. Иначе следующая – принцесса. Хочешь продолжать испытывать мое терпение?

Его слова прозвучали не как пустая угроза. Го Гон был настроен решительно и был способен на убийство принцессы. Ондаль протянул дрожащую руку и взял меч.

— Ха, глупец! Думал, принцесса любила тебя? Ты для нее всего лишь марионетка. Она использовала тебя, чтобы избавиться от врагов, обмануть подданных и усилить власть своего отца!