Книга Пхёнган и Ондаль, страница 46 – Чхве Сагю

Если генерал Ыльчжи понесет ответственность за происходящее, королю придется уволить его с поста начальника внешней стражи. Это естественный способ устранения политического противника. В случае если после этого Го Вонпё удастся посадить на это место своего человека, король и наследный принц окажутся в изоляции во дворце.

Просчитав, на кого нацелен враг, принцесса тут же начала действовать. Она срочно написала Ондалю, что он должен принять участие в играх на горе Наннан, чтобы расстроить вражеские планы и защитить генерала Ыльчжи. Чхве Уёну же принцесса отдала приказ собрать лучших воинов из тех, кто обучался в школах Северных Мечей, и отправить их на игры.

Стража крепости Пхеньян пополнилась новыми воинами, и волна пожаров стала понемногу стихать. Однако на этот раз по столице стали распространяться страшные слухи, источника которых никто не знал. Все говорили лишь об одном: скоро в крепости произойдет огромный пожар, в котором непременно погибнут тысячи людей.

В начале года по лунному календарю Ондаль впервые за три года возвращался домой. Получив весть о приезде мужа, Пхёнган нарядилась в прекрасные шелка и, несмотря на холодную погоду, вышла вместе с Чхве Уёном к околице.

Вскоре на дороге показался Ондаль. Но, как говорится, от старых привычек легко не избавиться. Если бы не величавый Вихрь, юноша выглядел бы как самый последний нищий.

Госпожа Са, которая в это время сидела дома и качала на руках маленького Сомуна, вдруг резко поднялась с места. Служанка вздрогнула от неожиданности и, подскочив, приняла на руки ребенка.

— Что с вами, госпожа? – спросила она.

— Мой сынок приехал.

— Пока еще нет. Если господин приедет, мы получим весть.

— Нет, он здесь. Пойдем на улицу.

— Но, госпожа, там холодный ветер. А что, если малыш подхватит простуду?

Служанка все пыталась остановить госпожу Са, но тут раздался шум, и в дом вошли Ондаль и Пхёнган. Служанка от удивления потеряла дар речи.

Ондаль низко поклонился матери и взял на руки своего трехлетнего сына.

— Это мой сынок? Какой он милый, какая нежная у него кожа… Бывает же! Смотрите, он мне улыбнулся!

— Дайте его сюда!

— Что? Почему?

— Для него это вредно. Вы, муж мой, неприятно пахнете и грязно одеты!

— Но я часто мылся!

Ондаль быстро спрятал сына за спину. Но Пхёнган, которая прекрасно знала, как обращаться с мужем, и бровью не повела.

— И когда же было ваше последнее «часто»?

— В последний месяц года я, разумеется, принимал ледяную ванну, молясь о благополучии семьи и Когурё.

— Так, значит, с тех самых пор вы не мылись?

Госпожа Са многозначительно кашлянула. Удивленная Пхёнган открыла рот, и Ондаль поспешно изменил ответ:

— Ну что вы, я умывался и чистил зубы каждый день, а голову мыл раз в десять дней! Обязательно!

Пхёнган все-таки умудрилась вытащить сына из рук Ондаля.

— Если отныне вы не будете мыться каждый день, даже и думать забудьте о том, чтобы дотронуться до ребенка!

Сгорая от желания скорее подержать сына на руках, Ондаль несколько раз наполнял горячей водой большую деревянную ванну. Он блаженно сидел в воде, когда вдруг вошла Пхёнган. Целых два часа после этого Ондаль стонал и кричал:

— Ну пожалуйста, не так сильно!

— Это вообще человеческая кожа? Или чешуя змеи?

— Люди же услышат! Тише!