Книга Наложница генерала, приносящего мир, страница 63 – Хатка Бобра

При появлении хозяина по двору начали бегать во всех направлениях тощие серые тени. Некоторые из них были крысы, некоторые были люди. Во владениях Сян-гуна Фэн Цзы был бессовестным прихлебателем, но в собственном убогом доме у него были свои прихлебатели, над которыми он царствовал.

Ничего удивительного в этом не было — даже крысы и пиявки сбиваются в стаи и ищут себе вожака. Сильные склоняются перед сильным, а подлые — перед самым подлым и наглым, ему они и готовы служить.

Старый шаман в подавленном настроении, не отвечая на приветствия, прошел через двор.

В комнате у него была черная темнота, как в его интриганской душе.

Даже луна не светила сквозь ставни.

Фэн Цзы, шмыгая носом, начал искать лампу, но, пошуршав вокруг себя, замер. Ему что-то показалось… Из темноты донесся смешок.

Фэн Цзы, съежившись, как испуганная крыса, начал морщить глаза и вглядываться в тени у окна. Ничего не видно, твою мать! Как в заднице у повелителя демонов Чжун Куэя!

— Почтенный Фэн-уши перенес сегодня много страданий, мм? — сказал добродушный голос, в котором не было ни капли сочувствия. — Тцк, тцк, почтенный Фэн Цзы сам виноват.

Холодный пот выступил по всему тощему телу Фэн Цзы. Он судорожно завозил руками в поисках огня.

— Не надо, не зажигай лампу, — лениво посоветовал голос. — Если ты меня увидишь, какой я сейчас, ты потом долго спать не сможешь.

Он снова усмехнулся.

— Я… я…

Старика пробрала дрожь, и он бессильно опустился на колени. Когда он начал говорить, он сделал непроизвольное движение рукой к собеседнику. Он лишился языка от страха, когда не смог увидеть пальцы на собственной руке*[152], так было темно. Воздух был черный, мрак и холод извергались прямо из глубин ада и сгущались вокруг дрожащего Фзн Цзы.

У окна засветились два суженных глаза — мертвенным белесым светом.

— На что надеялся почтенный Фэн-уши? — поинтересовался невидимый гость. — Ты, наверно, совсем ума лишился, что хотел подарить кому-то любимую наложницу генерала Сяна?.. Или ты забыл, о чем мы с тобой договаривались, старый хер?!

— Я… я… это не я… Это она сама себя нарисовала! Она коварная! — заплакал Фэн Цзы. — Она меня оклеветала!..

— Идиот! — с ненавистью сказал голос. — Хотел забрать себе нефрит, а ее отправить из поместья подальше?

Старый шаман дрожал и плакал, и отрицательно крутил головой, но в темноте его все равно никто не видел.

— Разве я тебе не говорил, что ты получишь нефрит, когда найдешь способ освободить меня? Больше не пытайся меня обмануть, будешь жалеть даже на том свете.

Фэн Цзы, трясущимися губами, еще пытался сказать что-то умоляющее, когда он понял, что в комнате кроме него никого нет. Только долетел от окна неясный запах земли и крови. О свежих могилах и насильственных смертях напомнил он.

Лунный свет проник в комнату, и стало видно, какая жалкая и уродливая фигура скорчилась на полу.

Луна стояла высоко.

Она освещала сады и людские жилища.

Бай Юй в это время сидела возле кровати, положив на нее локти и голову. Волнения прожитого дня так измотали ее, что она нечаянно заснула, не дождавшись своей служанки.

Даже во сне беспокойная морщинка оставалась между бровями Бай Юй, а когда она проснулась, она не сразу открыла глаза, а сначала подумала, что утро должно принести радость и развеять вчерашние тревоги.