Книга Наложница генерала, приносящего мир. Книга 1, часть 2, страница 9 – Хатка Бобра

— Ли Лэ, — шепотом позвала Бай Юй.

Ли Лэ дремала, сидя возле сундука.

— Ли Лэ! Ты слышишь?

— А? Что?

— Тук-тук-тук.

Может быть, это просто вода собирается в изгибе кровли, а потом падает на рамы?

— Бух!

Ли Лэ одним прыжком оказалась у хозяйки на постели!

Кто-то ломился в окно!

В дверь начали скрестись.

Бай Юй и Ли Лэ задрожали и прижались друг к другу.

— Уи-уи!

Беспризорная душа плакала под дождем.

Бай Юй и Ли Лэ переглянулись.

— Уи-уи-уи-уи-уи-уи-уи-уи-уи!

Бай Юй села на кровати и взяла в руку медные щипцы для углей. Ли Лэ кивнула и взяла подушку.

Он вдвоем, шаг за шагом, приблизились к двери.

— Уи-уи! Уи-уи!

Бай Юй набрала в грудь воздуха и отодвинула створку.

Перед ней никого не было.

Только падал дождь.

— Уи-уи!

Она посмотрела себе под ноги.

Крошечное, мокрое, волосатое животное, задрав морду, скулило и жаловалось, сидя на деревянной галерее.

Пожаловавшись, щенок вбежал в комнату и старательно отряхнулся, забрызгав пол.

Отряхнувшись, он уселся, посмотрел на девочек, поднял морду и снова заплакал:

— Уи-уи-уи-уи-уи-уи!

(Бай Юй, брови умиленно подняты:) — Ааа… Ты, наверно, есть хочешь?

(Ли Лэ, усаживаясь на пол и протягивая к страдальцу руки:) — Люди говорили, у него маму растоптала лошадь, а остальных щенков утопили.

(Щенок:) — Уи-уи!

Уи-уи оказался бестолковым и прожорливым существом. Все, что он умел — это нюхать булочки и сосать тряпку, намоченную в козьем молоке. Таким образом он высосал полкувшина и раздулся, как пиявка. За ночь он научился вилять хвостом и сгрыз самую красивую пару туфель Бай Юй, но все равно девочки в нем уже души не чаяли.

Когда он хотел есть, он шлепался посредине комнаты на мохнатую задницу и заявлял: "Уи-уи!" Когда он не хотел есть, он валился на бок и засыпал. От роду ему было недели три, он был неизвестной породы, весь в клоках шерсти, как попало торчащих во все стороны. С круглыми, близкопосаженными коричневыми глазками, он был похож на маленького, лохматого, бестолкового медведя.

— Уи-уи! — позвала Бай Юй, и щенок, путаясь лапами в одеяле, побежал к ней по кровати.

— Уи-уи! — позвала Ли Лэ с другой стороны. Щенок свесил уши и начал соображать, к кому лучше пойти.

— Бай-цие, я вхожу, — послышался низкий голос из-за двери.

Бай Юй подскочила на месте!

Она не ждала, что Сян Юй нагрянет к ней в спальню!

Она сунула Уи-уи под одеяло, и он начал там ходить и искать выход.

"Лежать!" — шепотом приказала Бай Юй.

Ага.

Комок под одеялом направился в сторону стены.

Ли Лэ открыла дверь и принялась кланяться.

Бай Юй пошире расставила локти в широких рукавах и почтительно приветствовала господина.

Комок в это время врезался в стену и остановился, соображая, что ему делать дальше.

Подумав, он пошел в другую сторону.

Бай Юй распрямилась, но продолжала держать ладошки сложенными у груди, а локти — растопыренными.

Сян Юй подозрительно прищурился на нее.

Дочка Бай вела себя на удивление примерно.

Уи-уи вылез из под одеяла и сказал "Уи-уи!" Он хотел, чтобы все посмотрели, какой он находчивый.

Глаза Сян Юя стали круглыми.

— Бай Юй! — зарычал он и сгреб щенка с кровати.

Бай Юй похолодела.

Если он сожмет кулак, от щенка мокрого места не останется!

— Собака должна быть на улице, — сказал Сян Юй с угрозой.

Щенок полностью уместился в большой ладони Сян Юя.