Книга Как Веприк, сын Тетери, маманю спасал, страница 85 – Хатка Бобра

— Ах ты, противный мальчишка! Иди-ка сюда – мы тебя утопим! Совсем что ли слепой – не видишь, какие у нас шеи лебединые? руки изящные? плечи круглые?

— Рожи нахальные! И рты болтливые! – вступил в разговор Чудород. – Девушку скромность украшает, а вы – безобразницы! Для девушки главное не внешность, а это… чтобы играть умела на штуке такой… забыл, как называется, Фудя еще говорил… да вы хоть на дудке кто-нибудь умеете играть? То-то! А еще красавицами себя возомнили!

— Понимали бы чего! Лапти деревенские! – ответили плавуньи с обидой. – Красны девицы подружиться с ними хотят, а они нам про дудки какие-то!

— Кто красный, а кто и зеленый, – буркнул Чудород.

— Поплыли отсюда, девочки! – сказали русалки и лодка начала набирать ход, но не успели березовцы облегченно выдохнуть – опять остановилась. Русалки весело закружились вокруг, поблескивая чешуей на хвостах.

— А про жертву-то мы забыли! – воскликнули они. – Ну-ка стойте! Морской царь жертву требует: чтобы один из вас отправился прямо сейчас к нему в подводное царство!

— Это что еще за напасть?! – возмутились березовцы. – Разбой среди бела дня. Хуже печенегов. Ну-ка, кыш отсюда, мокрые!

— Ну вот еще, – надули губки морские девы. – Можно подумать, мы вас съесть собираемся. Всего-то утопим!

— Дядя Чудя, – прошептал Веприк. – Ты много заговоров знаешь – от русалок ни одного не найдется?

— Чего-то не припомню… Знаю от ведьмы: надо в нее острым чем-нибудь ткнуть или уголек кинуть.

— Да я бы в них ведро угольков кинул и кочергу заодно. И кипятком бы еще сверху облил. А где угольки-то взять? – сказал Добрило. – У нас только яблоки моченые.

— Яблоком бородавку сводят… А! – вспомнил Чудород. – Чтобы русалку извести, надо взять ее гребень, которым она волосы свои чешет, и закопать под кочкой. Только обязательно закопать, себе не оставлять, а то по ночам ходить к тебе начнет.

— Дай мне, пожалуйста, свой гребешок, – вежливо попросил бортник ближнюю русалку.

— Ах, я его дома забыла, – немедленно соврала она, хотя золотой гребень был засунут у нее в волосы над левым ухом. – Я тебе румян баночку могу принести – губы красить.

Русалки захихикали и завертелись в голубой воде.

— С гребешком не получится, – сообщил Добрило товарищам.

— Можно еще, когда они на ветвях весной качаться станут, березу под ними подрубить, – предложил Чудя. – Помню я еще одно заклятье, хорошее очень, но от кого – забыл, хоть убей. "На море-окияне, на острове Буяне лежит бел-горюч камень Алатырь"… что-то там тырь-тырь-тырь, не помню, а в конце – "Кто тот камень Алатырь изгложет, тот мой заговор превозможет".

— Крепкое заклятье! – похвалил Добрило. – Знать бы, от кого.

— Может, от Бабая, которым непослушных деток пугают, – предположила одна из русалок.

— Или от болотника, дедули моего, – задумчиво молвила вторая.

Морские шалуньи собрались все вокруг лодки, облокотившись локотками о борта, и прилежно гадали, кого можно заклясть Алатырь-камнем. Если не придираться к зеленым волосам, девушки были очень даже пригожи: ежедневное плавание сделало их тела стройными и гибкими, огромные глаза светились лукавством, курносые носики морщились от смеха. Да и волосы не у всех были зеленые – встречались и белые, и даже голубые.

— Вот вас бы всех этим Алатырем да по макушке! – в сердцах воскликнул Чудород. – Ну чего вы к нам пристали?! На что мы вашему царю сдались?