Онлайн книга «Звезды над обрывом»
|
— Лачо дывэс, ромалэ, заджяньте[61]! Мама! Это к тебе! Мотька! Иди сюда! Гости к нам пришли, цыгане! — Иду, Света, иду… – послышался из комнаты усталый женский голос. И в этот миг Ибриш окончательно убедился, что сошёл с ума. Потому что из коридора навстречу ему вышел Мотька Наганов! Мотька, с которым они не виделись три года и которого Ибриш и не надеялся когда-либо встретить. Увидев Ибриша, Матвей вытаращил глаза. Недоверчиво поскрёб затылок. Неуверенно улыбнулся. Хлопнул себя ладонями по коленям и шёпотом спросил: — Ибриш?.. – и заорал на всю квартиру так, что Светлана испуганно взвизгнула, а в другой комнате что-то упало, загремело и полилось. – Беркулов, чтоб ты сдох! Таборная морда! Ты?!. Ещё не сел, что ли, до сих пор?!. Ура-а-а, да здравствует Первое Мая и Мировая революция!!! Через четверть часа гости и хозяева сидели за большим круглым столом в просторной комнате с роялем, двумя гитарами и множеством фотографий, висящих на стенах. Украдкой оглядываясь, Ибриш подумал, что если бы они с ребятами забрались сюда, то, наверное, даже среди ночи сообразили, что в комнате живут цыгане. На карточках были сплошь артисты, и не простые, а цыганские: никакие дорогие платья и роскошные шали, никакие строгие костюмы не могли скрыть черноты глаз и бровей, резковатых церт, темноты и густоты волос у женщин… Хозяйка принесла из кухни горячую картошку, селёдку, колбасу, хлеб, варенье. Долго сокрушалась, что нет «серьёзного угощения», порывалась даже побежать в магазин, но Сима со смехом останавливала её: — Да что ты, Нина, что ты, дэвлалэ! Куда в магазин?! Мы скоро уже в табор назад пойдём, и так вон задержались как! Как же я тебя не видела-то давно! Дочки как выросли, невесты совсем! Светка замуж ещё не вышла?.. Ка-а-а-ак не вышла?! Да вы что, да почему же? Да к ней же в три очереди женихи должны стоять! Светка! Ты почему замуж не выходишь?! — Нужды пока не вижу, тётя Сима! – отозвалась Светлана, протягивая тётке через стол дымящуюся чашку чая. – А как увижу – сразу же и выскочу, не беспокойся! Сима рассмеялась: — Вот всегда знала, что вы, форитка[62], сумасшедшие! Замуж ей нужда сдалась, поглядите на эту девочку! Может, вовсе бумагу от правительства с печатью ждёшь? Светлана, ничуть не обидевшись, улыбнулась. Блеснули белые зубы, опустились на миг, бросив тень на смуглые щёки, ресницы, – и Ибриш не сумел даже вздохнуть. И, вздрогнув, чуть не опрокинул на себя стакан с чаем, который поставила перед ним младшая Светланина сестра – тоненькая, гибкая, как веточка, девчонка в красном платье, со смешными короткими волосами. — Ой! Осторожно же! Извини, пожалуйста! – испугалась она, кидаясь за тряпкой. – Отодвинься! Я сейчас вытру… Светка, давай тряпку скорее! Вот ведь я безрукая, всегда так! Кипятком не плеснула на тебя, нет? — Это не ты… Это я сам… прости, – неловко извинился Ибриш, заливаясь густой краской и отставляя наполовину опустевший стакан подальше от края. «Тьфу, надо ж так… Подумают ещё, что мы в таборе вовсе медведи…» Но Светлана, взяв из рук сестры тряпку и в два счёта вытерев чайную лужицу, улыбнулась смущённому парню так ласково и спокойно, что Ибриш сразу почувствовал облегчение. И даже сумел, взяв себя в руки, улыбнуться ей в ответ. — Да как же ты догадалась зайти, Симка? – обрадованно расспрашивала тем временем Нина. – Как нашла-то меня? Ты ведь уж сколько с нашими не виделась и в Москве не была? |