Онлайн книга «И нет любви иной…»
|
Наши огни догорели, родная, Розы увяли, роняя листы, Где ты, любимая, где, дорогая, Я же зову тебя – слышишь ли ты? Впоследствии Анютка не раз пыталась вспомнить это своё последнее выступление в ресторане, но ничего не выходило. В памяти остались лишь тоскующая мелодия скрипичных струн за плечом, огни свечей на столиках и стреляющий жар в висках. Лица Дато она не видела, нарочно стараясь не глядеть в сторону столика, за которым расположились грузины, но знала, точно знала, не поворачивая головы, не поднимая ресниц, – смотрит… Едва держась на ногах, Анютка закончила романс, поспешно поклонилась… и чуть не бросилась, как девочка, прочь, когда князь Дадешкелиани встал и быстрым, порывистым шагом пошёл к хору. Анютка покачнулась. — Тпр-р, стоять… – шёпотом скомандовал сзади Гришка. – Не реветь! Улыбаться! Машинально Анютка подчинилась. И в самом деле улыбнулась Давиду. И продолжала улыбаться, когда он, склонившись над её рукой, быстрой скороговоркой прошептал: — Мы приехали за тобой. Этого Анютка уже не выдержала. Выпрямилась, из последних сил улыбнулась и не спеша, высоко держа голову, ушла из зала. В «актёрской» она села на стул у окна, закрыла лицо руками. По стеклу сбегали капли дождя, из зала доносился звон гитар, звучала мелодия весёлого вальса – всё как в тот первый раз, когда Давид зашёл к ней сюда, чтобы отвезти её домой. И дверь через пять минут скрипнула так же коротко и резко, но вместо князя Дадешкелиани в комнату влетел Гришка. — Господи, ну что ты? – испуганно спросил он. – Выкинешь ещё с расстройства… Это что – твой князь, что ли? Да? — Гришенька, что же мне делать? – простонала Анютка, хватаясь за голову. – Он… он… Он же за мной приехал… С минуту было тихо. Затем Гришка медленно произнёс: — Ну… так в чём же дело-то? — Ах да, я и забыла, – нашла всё-таки в себе силы съязвить Анютка. – Ты ж от меня избавиться не чаешь… — У, глупая… – без злости протянул Гришка. Сел рядом, обняв её за плечи. – Хочешь – оставайся, не повешусь, небось. Ты мне не в тягость. — Не ври! – Анютка вздохнула, привалилась к его плечу. Вполголоса сказала: – Как же я поеду? Он ведь знает – у меня муж… Видишь, даже заговорить побоялся. — М-да… – Гришка наморщил лоб. – Так ты же грамотная у меня! Давай сочиняй письмо. — Ч-чего?.. – поперхнулась Анютка. Но Гришка, вдохновлённый собственным решением, вскочил и выбежал за дверь. Вернулся он через четверть часа, сердитый, с измятой буфетной книжкой и засиженной мухами чернильницей. — А ещё приличное заведение считается – пера с бумагой не сыщешь! Хорошо, у Фрол Васильича всё нашлось. Садись, пиши… Анютка безмолвно подняла на него полные слёз глаза, и Гришка, поморщившись, сам сел за стол. — Толку с вас, баб… Слава богу, хоть рожать ещё не разучились. Был ведь у тебя письмовник Аленского… — Деду Бочке на цигарки отдала-а-а… — Я и говорю, что дура… Человек старался, сочинял, время тратил, бумагу, а она… – Не переставая ворчать, Гришка быстро строчил по бумаге: – Угу… м-м… да… Про любовь добавить? — Ай, нет! — Зря. Ну, как хочешь. – Гришка выпрямился и с выражением прочёл: «Известная вам особа принимает ваше предложение и будет ожидать через десять минут на заднем дворе». Идёт? Или домой за тряпками забежишь? — Господи всемилостивый… – ошеломлённо пробормотала Анютка. – Гришенька, ну, я даже и не знаю… |