Онлайн книга «Невеста Обалуайе»
|
— Будь ты проклята… Будь ты проклята, Йеманжа, уличная шлюха! Ты знала, что так будет… Что же мне теперь делать? Что мне делать? Боже, мама, отчего даже в могиле тебе нет покоя? Зачем, зачем ты это устроила?! Никто не отвечал Нана. Рассвет хранил безмолвие. Каплям росы на подоконнике не было ни до чего дела. Бессовестный утренний ветерок думал только о себе… — Эвинья теряет силы, – хрипло сказал Шанго. – Оба уже пуста, я – тоже. Что мы ещё можем сделать? Решай быстрее, полковник! Безумные глаза духов-козодоев тускло светились из ветвей. Птицы не нападали – но их становилось всё больше и больше. Ритмичное гудение полого ствола было теперь неровным, то и дело прерывающимся: Эшу устал. По его измученному лицу бежал пот. Ошун всё ещё кружилась в танце, но на её лице застыла судорога боли: она едва держалась на ногах. Голова бесчувственной Йанса по-прежнему лежала на груди Оба. Сама Оба, хрипло дыша, прижалась виском к стволу дерева: её силы кончились. Эва, сидя рядом, держала Йанса за руку, продолжая отдавать мулатке свою аше, которая, – Эва чувствовала это, – уже была на исходе. «Что сейчас – вечер или утро? Может быть, уже ночь?..» Время остановилось в сумрачном, влажном лесу. Не было видно солнца, не перемещались тени, не становилось темней или светлей, не мелькали под деревьями лунные пятна… Не было слышно даже криков птиц и обезьян. Тщетно пытаясь подавить панику, Эва думала о том, что, когда её аше иссякнет, ничто на свете больше не сможет спасти Йанса. — Нечего решать, – бесстрастно сказал Огун. – Мы живы, только пока пляшет Ошун. — Сестрёнка, ну? – в сотый раз спросил Шанго. Эва ничего не ответила. Вместо неё сиплым, срывающимся голосом отозвалась Оба: — Бесполезно. Эгуны оттягивают наши аше, их слишком много… Нельзя так надолго оставлять мёртвых рядом с живыми. Мы больше ничего не можем, Шанго. Тёмно-красная, едва пульсирующая аше ориша Йанса неумолимо гасла. Ошосси, стоящий рядом с мулаткой на коленях, молча смотрел на эти умирающие искры. Огун подошёл, положил ладонь брату на плечо. — Охотник, надо уходить. Мне очень жаль… но Йанса больше не помочь. Ты же видишь сам. Ошун едва держится. Сестра тоже выбилась из сил. Нам надо спасти женщин. Уходите в лес, пробивайтесь на ферму. Шанго прикроет вас. А я отвлеку Ийами и её птиц. — Я сам отвлеку их, – не поднимая головы, хрипло выговорил Ошосси. – Забирай женщин, полковник. И уходите. А я останусь здесь. С моей Йанса. Ошун сейчас свалится, торопитесь. — Брат… — Вы теряете время. — Ошосси! Не будь дураком, вставай! Йанса уже не спасти, подумай о матери! — Это ты подумай о ней, – безжизненно улыбнулся Ошосси. – Ты – её кровный сын, а я – нет. — Ты рехнулся?! — Уходите. Мне правда всё равно. Я останусь с моей местре. Заодно прикрою вас от этих… — Я никуда не пойду, – сквозь зубы бросил Эшу. – Я останусь с братом. — Я тоже. – Огун посмотрел на Шанго. – Уводи женщин. — Знаешь что, полковник, не борзей! Я сам знаю, что мне дел… — Твоя жена сейчас упадёт, кретин! Мгновение Шанго размышлял, паля свирепым взглядом брата. Затем через всю поляну швырнул свой мачете Оба. — Обинья, вставай! Уводи Эву, уноси Ошун! А я остаюсь здесь! — Вы все идиоты, – глухо проговорил Ошосси. – Никто не может сражаться с духами Ийами. Никто, кроме самой Йанса. Это бессмысленно. Эгуны сильнее нас. Они забрали всю аше. Мы просто умрём. Зачем это делать всем вместе? |