Онлайн книга «Горюч камень Алатырь»
|
«Почему?! Знаешь прекрасно, почему! – ожесточённо думал он, отвернувшись от окна и вновь принимаясь мерить шагами кабинет. – «Лицемер чёртов! Не понимает он, видите ли, отчего ему не пишут… Оттого, что она занята! Оттого, что ей некому помочь! Оттого, что ты ей никто и звать никак! Оттого, что ты сам не ответил ей на последнее письмо! Так и не осмелился, трус проклятый, написать ей правду об Александрин!» «Вздор, при чём тут смелость?» – злился он, остановившись у стола и глядя на бьющийся язычок свечи как на личного оскорбителя. – «Я просто не мог… не имел права… Я же дал слово Александрин, что Вера не узнает ни о чём! Да, вероятно, это было опрометчиво, – но как же ещё было успокоить этого несчастного ребёнка? Она ведь в самом деле была в ужасе от того, что я могу поставить княгиню Тоневицкую в известность… Отчего же всё-таки Александрин так боится своей приёмной матери? Я знаю Веру всю жизнь… Она не способна причинить кому-то зло. Александрин сбежала из её дома с подлецом. Грустная история, но не она первая, не она последняя. Она сама говорила, что в доме княгини Тоневицкой с ней обращались как с родной дочерью, не наносили ни обид, ни оскорблений. Но отчего же Александрин так не хочет вернуться туда? Вера была бы счастлива принять её. Ведь во всём виноват один Казарин, скотина… Всё же мало я ему навалял, сукину сыну! Стольким людям изломал жизнь – и отделался всего-навсего битой мордой, мерзавец! Застрелить надо было гада к чёртовой матери… И вот теперь Вера продолжает страдать… а господин Закатов, видите ли, связан словом! «И буду им связанным ровно столько, сколько понадобится Александрин!» – отважно возражал он своему тусклому отражению в дверце книжного шкафа. – «Потому что, наверное, не просто так она с меня это слово взяла! Ты, брат Закатов, знать ничего не знаешь о том, что происходило в семействе Тоневицких все эти годы! Помимо Веры, там ещё и сводные братья, и сестра! Кто знает, что за отношения сложились между ними… Может быть, как-нибудь поосторожнее расспросить об этом Александрин? Вздор, Закатов: никогда в жизни ты не мог вести душеспасительных бесед! Испортишь всё ещё больше и только напугаешь эту несчастную девочку. И это уже будет не только преступно, но и опасно! Однажды мадемуазель Влоньская уже влезла в петлю! Тебе ли не знать, что такие желания обычно имеют рецидивы! К тому же в её нынешнем состоянии довольно пустяка, чтобы… Ну уж нет! Тут, право, даже выбирать не из чего. Коль уж Александрин оказалась в моём доме – она должна не бояться здесь ничего. Спокойно доносить младенца, с божьей помощью родить – и баста, дальше будет видно! Может быть, после родов она переменится, такое же случается… Дунька, по крайней мере, это утверждает… Какой у меня может быть выбор?!» Никита решительно подходил к окну – и до рези в глазах смотрел на метель, силясь выгнать из мыслей тонкое, смуглое лицо с милой родинкой на щеке, тёмные, внимательные глаза, мягкие ресницы, волну смоляных волос… «Но ведь Вера мучается, мучается ужасно! Каким облегчением для неё было бы узнать, что Александрин жива и здорова, что она вырвалась от Казарина… Но нет, она не узнает этого никогда! Потому что господину Закатову приспичило сыграть в благородство! Он, понимаете ли, дал слово и держит его! Тьфу… Закатов, ну почему от тебя всем одни только неприятности?! И куда Дунька опять «ерофеича» спрятала?! В собственном доме напиться не дадут!» |