Книга Чудовище из озера, страница 18 – Анастасия Дробина

Но девчонка небрежно отмахнулась, подалась вперёд, дёрнула удилище – и с победным воплем выхватила из воды радужного, играющего на солнце окуня.

— Машка, а откуда вокруг церкви забор? – вдруг вспомнил Атаманов. – Раньше же не было!

— Так Таранов же поставил! – Девчонка старательно насаживала на крючок нового червяка. – Пять лет назад, как землю тут купил – так и поставил! Сначала сюда грузовики ездили, что-то рабочие делали, какие-то шланги тянули… а потом всё и забросили! Один забор остался! Опа! Вот он! – Она лихо подсекла – и ещё один окунь вылетел на берег. Атаманов только завистливо свистнул.

Поход к озеру ничего не дал: никаких доисторических монстров в тёплой, прогретой до дна воде не нашлось. Друзья напрасно высидели на берегу два часа, таращась на прибрежные заросли.

— Может, тебе всё-таки показалось, Атаман? – допытывалась Полундра, когда они возвращались домой. – Может, там просто тень не так легла?

— И пацану тарановскому тоже показалось? – огрызался сердитый Серёга. – И Натэлка вчера со мной в церкви ничего не слышала?! Было, говорю! Орало! Громко! Век воли не видать!

Они уже пересекали косогор, когда Полундра удивлённо сказала:

— Ой, смотрите! Кажется, пришёл кто-то!

Действительно, по деревенской дорожке к их дому двигалась высокая фигура в камуфляжной куртке.

— Это же вчерашний! Каратист! – вспомнила Юлька. – Стасом вроде звать!

— По твоему «маваши-гери» соскучился, – хмыкнул Атаманов. Полундра показала ему кулак.

Гость действительно оказался Стасом.

— Привет! Грибов не купите? Одни белые да подосиновиков парочка! Дёшево отдам, лишь бы не пропали! Мы с пацанами с утра в дальний лес ходили, за Баранничи. Там, похоже, дожди прошли. За час четыре корзины такие набрали, девать некуда! Хорошо, что я про вас вспомнил. Народу у вас много, суп сварите.

— Сколько хочешь за корзину? – подозрительно спросил Атаманов.

— За триста рублей всю отдам.

Это и в самом деле было дёшево, и Серёга с радостью согласился.

— Да ты заходи! Есть хочешь? Сейчас девчонки что-нибудь…

Зайти Стас отказался и только присел отдохнуть на дряхлую лавочку у забора.

— С четырёх утра на ногах. Выдохся малость.

— Ещё бы, – согласился Атаманов. – Ты сам-то местный? Что-то я тебя не помню…

— Я из Смоленска, а вот дед был местный. Всю жизнь в Сватееве прожил, – кивнул Стас на горку за лесом. – Этой весной умер, а дом и все картины мне остались.

— Картины? – удивилась Полундра. – У… дедушки в деревне?

Стас с усмешкой взглянул на неё.

— Дед всю жизнь рисовал. Церковь на холме видели? Его фрески там на стенах!

— Ничего себе… – уважительно мотнул головой Атаманов, который сразу вспомнил черноглазое лицо на стене церкви, бросившееся ему в глаза минувшей ночью. – Надо будет слазить посмотреть, пока Таранов всё не снёс.

— Кстати, кто ему вообще позволит сносить церковь? – неприязненно спросила подошедшая к калитке Соня. – Землю он, конечно, купил, но ведь церковь – памятник архитектуры! Наверное, древняя!

— Четырнадцатый век, – уточнил Стас.

— Так как же?! – ужаснулась Соня. – Это же надо написать… я не знаю… в Департамент культуры! И в Синод! Или в Патриархию! Должен же кто-то этим заняться! Сейчас повсюду реконструируют старые церкви…

— Уже писали, – хмуро ответил Стас. – Дед сам и писал, пока жив был. Только никому ничего не нужно. Церковь старая совсем, разваливается. Вокруг деревни пустые стоят, службу служить не для кого. А дедовы картины вообще никому не интересны. Приезжала раз комиссия из Рославлевской епархии, сказали, что вся живопись – неправильная, нецерковная и такого в храме вообще быть не должно. Ну, и продали весь холм этому… Таранову! Под галошный завод!