Книга Мышка, страница 47 – Алла Каргина

Он поднял на нее глаза.

— Пикник был — говно. Погода — тоже. И эти идиотки: «Как вы думаете, скоро пойдет дождь или не скоро?» Возьми телефон и посмотри прогноз, курица! Но ты не поверишь, что мне заявила эта стерва Ребекка Дюррей. Она спросила меня, когда у нас свадьба, прикинь? Вот так, в лицо, при всех! А когда я прифигела, тут же таким сладким, ядовитым голоском начала так извиняться, что лучше бы молчала: «О, дорогая! Простите! Мне так неловко! Неужели маркиз до сих пор не сделал вам предложения? Это так необычно. Вы же не актриска какая-нибудь, вы — Монтгомери! С вами так нельзя! Вам стоит намекнуть ему об этом. Ха-ха». Прикинь?

Питер отметил, что Дженни очень похоже изображает «эту стерву Дюррей». Все остальное он пропустил мимо ушей.

— Питер! Ты слышал? Что скажешь?

Дженни подошла и, наклонившись к нему, попыталась его поцеловать.

Нет. Не сегодня. И не с ней.

Он отодвинулся.

— О, мы не в духе. Что такое? Плохие вести из Штатов? Так поехали домой, Пит!

Питер ненавидел, когда она его так называла. Он, кажется, начинал ненавидеть все, связанное с ней. Тем временем Дженни прилегла на стол и красиво выгнула спину:

— Пи-и-ит, ну, поговори со мной.

— Не сейчас. Ты мешаешь мне думать.

— И о чем таком ты думаешь? Давай проговорим это вслух, как раньше, и решение придет.

Он понял, что больше не выдержит:

— Ты мне очень мешаешь! И я прошу тебя оставить меня в покое!

Из мягкой кошечки она тут же превратилась в фурию:

— А давай ты не будешь на меня орать! Давай ты…

— Мы расстаемся.

Дженни захлебнулась криком. Она полгода была официальной девушкой Питера и неплохо его знала: этот тихий тон не сулил ничего хорошего.

— В каком смысле?

— Ты сейчас соберешь вещи и спокойно, без истерик покинешь этот дом. Можешь придумать любую причину — я все подтвержу.

Она разозлилась:

— Да что ты?! Бегу и падаю! Значит, Сьюзи Гарфилд ты дал семьсот тысяч за то, чтобы она навсегда забыла о тебе и ваших постельных подвигах, а меня вот так запросто ногой под зад?! Не выйдет!

— Ты тоже собираешься написать книгу «В постели с карликом»?

Дженни рассмеялась:

— О нет! Это она мечтала о славе писательницы. Я — не она. Я ничего писать не буду. Я расскажу!

Она склонилась над сидящим Питером:

— Все телеканалы, весь интернет! Все будут умолять меня рассказать подробности нашего «романа», дорогой.

— Миллион.

Дженни удивленно захлопала глазами:

— Что?

— Один миллион долларов, если ты сейчас соберешься и уедешь.

Она не раздумывала:

— Ладно, я согласна. Но ответь мне на один вопрос: ты любил меня?

— Два миллиона. И ты уезжаешь в полной тишине.

Он выжидающе смотрел на потрясенную Дженни.

— Хотела бы я знать, о чем же таком я мешаю тебе думать? Или о ком?

— Миллион девятьсот. За каждое твое предложение я буду снимать по сотне.

Дженни оглядела комнату. Заметив на диване блокнот, она вырвала из него страницу, написала на ней: «Верни сумму в два ляма, и я уйду», — и молча положила ее перед Питером.

Он прочитал и кивнул:

— Два миллиона.

Дженни метнулась в спальню.

— Все, что ты рассказываешь, Крисси, похоже на сказку. Ты уверена, что верно поняла его?

— Да, он сказал, что в ближайшее время мне доставят контракт.

Алана не знала, что и думать.

— Девенпорт не похож на филантропа. Если только… Крисси, скажи, он ничего себе не позволил? Никаких… поползновений?