Книга В тени, страница 121 – Анна Морион

— Не беспокойся так об этой испанке. Она перестала быть королевой… — нахмурилась Альенора, зная, к чему клонит Бригида.

— Нет, она все еще королева. Развода не было и не будет. Папа Римский и сам Бог против этого богохульства, — быстро перебила ее та.

— Мне ты можешь говорить все, что пожелаешь, и высказывать все свои чувства, но чужих ушей опасайся и избегай. Ты не знаешь, на что способен Генрих. Если он узнает о том, что ты так дурно отзываешься о его разводе с Екатериной, он тотчас нанесет удар и тебе самой, и твоей семье. Подумай, что скажет Вильям, если по твоей вине он окажется в том же положении, как и твой отец? — предостерегла Альенора. — Я говорю это не для того, чтобы запугать тебя, но для того, чтобы ты поняла: с тех пор, как твоя нога ступила на причал Кале, в Англии изменилось слишком многое, чтобы ты могла поддерживать Екатерину так же верно и открыто, как три года назад, моя дорогая… Но мы пришли. Улыбнись же! Скоро ты будешь одна из Тьюри! — Альенора потрепала Бригиду по щеке, чтобы стереть с ее лица печаль, и, когда та фальшиво улыбнулась, добавила: — Так-то лучше, леди Тьюри. — Она покачала головой и не смогла сдержать своего восхищения: — Ты была красивой, но сейчас ты похожа на ангела, который сошел с небес, чтобы сочетаться браком с земным мужем… Моя прекрасная добрая Бригида! Как же я скучала по тебе!

Девушки обнялись, в душе простили друг другу резкие высказывания, только что прозвучавшие, и вошли в зал.

— Какую прекрасную невесту вы заполучили себе, Вильям, — заметил сэр Уолш, когда следующим днем он и Вильям Тьюри развлекали себя стрельбой из лука, неподалеку от замка.

— Она красива. Но жизни в ней не больше, чем в этом куске палки! — с некоторым раздражением ответил на это Вильям, так и не сумевший попасть в цель, в то время как его соперник попадал в нее стрела за стрелой. Такое положение дел расстраивало честолюбивого Вильяма, который всегда считал себя отличным стрелком. Но куда ему тягаться с тем, кто побывал на поле боля и чья рука без дрожи посылала стрелы в тела врагов?

— А мне миссис Нортон показалась весьма живой. Она чудно танцует, — вступился за девушку сэр Уолш, удивленный такой безобразной оценкой Вильяма его будущей супруги.

— Она слишком спокойна. Танцует неплохо, да, но и ничего больше. Скромная деревенская девушка, каких много, — пожал плечами Вильям.

— Скромность, на мой взгляд, является наилучшим и самым ценным качеством как у мужчин, так и у женщин. Особенно у женщин, — подчеркнул Леонард. Он наблюдал за тщетными попытками Вильяма попасть в цель, и размышлял о том, стоит ли ему и дальше продолжать разговор о миссис Бригиде, или же не вмешиваться не в свои дела. Однако равнодушие и даже некоторая злость, с которой отвечал мистер Тьюри на вопросы о своей невесте, наводили Леонарда на мысль, что этот мужчина совсем не рад тому, что жениться на самой красивой девушке королевства. И это было странно, ведь любой другой был бы рад повести такую красавицу под венец и лечь с ней в супружеское ложе.

— Скромность, сэр Уолш, но никак не бесчувственность, а именно бесчувственностью всецело наделена моя невеста. И она вдова. Уже познала мужчину, а значит, ее ценность не так высока, как была прежде, — без обиняков заявил Вильям и, вновь пустив стрелу, едва не попал в цель, отчего его лицо засветилось. Но затем он окинул своего собеседника пристальным взглядом, и его лицо приняло странное выражение. — А что вы, Леонард? Вы и мисс Нортон прибыли вместе. О вас идут слухи.