Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 284 – Татьяна Иванова

Эдвард Гирд, не умолкая ни на минуту расспрашивал Скарлетт о том, как прошла поездка на корабле, а она, отвечая на его вопросы, с любопытством поглядывала по сторонам.

К ее великому удивлению город совсем не изменился с тех пор, как она приезжала сюда с Реттом после свадьбы и на какой-то миг ей даже показалось, что она снова находится здесь вместе с ним. И вот сейчас они едут в наемной карете по знакомым улицам, и буквально через минуту завернут за угол, и она увидит небольшой ресторанчик, у которого их уже поджидают друзья Ретта. Воспоминания, нахлынувшие так внезапно, разбередили ей душу, заставив сердце разволноваться и затосковать.

Скарлетт откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза, пытаясь силой воли усмирить свои расходившиеся чувства.

— Что с Вами? – Спросил Эдвард Гирд, взглянув на ее побледневшее лицо.

— Ничего особенного – сказала Скарлетт и попыталась улыбнуться. – У меня просто немного закружилась голова, наверное, сказывается корабельная качка.

Дом Эдварда Гирда находился во французском квартале на улице Бурбон. Эта узкая центральная престижная Ново – Орлеанская улица состояла из небольших переулочков, в которых и размещались дома с закрытыми внутренними дворами. У одного из таких домов карета замедлила ход и обогнув его с противоположной стороны по окружной подъездной дорожке, въехала во двор. Как только дом Эдварда Гирда предстал перед Скарлетт во всей своей красе, она невольно ахнула и в силу своей привычки все измерять в деньгах, пораженно подумала – какую сумму ему пришлось за него отвалить.

Это был величавый монументальный дом белого цвета, мини-дворец, выполненный в стиле классицизма наполеоновских времен. Его фасад и основная отделка интерьера содержали в себе традиционные классические элементы. Шесть круглых колонн, грациозно прилегающих к гладким стенам, обрамлялись закругленным фронтоном, а множество портиков и пилястр, различных конфигураций, пристроенных то тут, то там, придавали дому некий комОозиционный альянс, симметрично сочетаясь друг с другом. Дом был богат, красив и грациозен. от него веяло величием, спокойствием и силой, а также уверенностью в завтрашнем дне всех его обитателей.

Большая зеленая лужайка с цветниками, клумбами и скульптурами, тоже белокаменными в тон дому, симметрично разбавлялась прямоугольными дорожками, широкими – подъездными и узкими – пешеходными. Дом и прилегающее к нему пространство было обнесено невысоким резным металлическим забором, выкрашенным в белый цвет и такими же белыми воротами, выполненными из сплошного металла.

Эдвард Гирд, глядя на изумленную Скарлетт, польщено ухмыльнулся.

— Хорош, правда? – Спросил он у своей гостьи, любуясь домом с неменьшим удовольствием.

— Я продал все, чтобы его купить, и свой дом в Англии, и дом, принадлежащий родителям моей жены в Кентукки.

— Так вот в чем дело! А я – то подумала – какой немыслимый гонорар получают дипломаты!

Они прошли в просторную гостиную, обставленную дорогой мебелью из орехового дерева и устланную паркетными полами. И Скарлетт подумала о том, что такая большая комната может служить прекрасным местом для танцев.

В гостиной их поджидала молодая девушка лет двадцати и несколько черных слуг.

Это моя дочь Элиссон – сказал Эдвард Гирд, и в свою очередь представил Скарлетт молодой даме.