Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 82 – Татьяна Иванова

— Доброе утро, Скарлетт – поприветствовала ее миссис Элеонора, когда она вошла в гостиную.

Старая леди сидела там за утренним кофе со своими кузинами и женой Кристефера, Конни.

— Ретт с Кристефером час тому назад отправились в дом Джона, чтобы узнать о предстоящих планах молодоженов на сегодня, а мы вот, поджидаем тебя. Проходи дорогая, выпей кофе.

Скарлетт поприветствовала всех и дамы мило улыбнулись ей в ответ.

— Что с тобой, дорогая? – забеспокоилась миссис Элеонора, когда Скарлетт подошла ближе.

— Ты очень бледна, тебе нездоровится?

— Я вчера переутомилась, и кажется перебрала пунша. У меня всю ночь болела голова и я почти не спала.

— Ах, Скарлетт, может тебе стоило поспать до обеда, чтобы к вечеру придти в себя?

Тягучая чарльстонская речь старой дамы вдруг так резанула слух Скарлетт, что она даже передернулась, вспоминая, что речь эта всегда была ей неприятна.

— Нет, миссис Элеонора, я думаю, что мне следует лучше прогуляться по свежему воздуху, это взбодрит меня гораздо быстрее, чем сон. Я, пожалуй, проведаю сегодня Керрин, ведь в прошлый раз мне не удалось с ней увидеться. А Вы извинитесь перед Розмари, за то, что я не смогу сегодня сопровождать ее с визитами.

— А Ретт, что скажет он?

— Ретт знает, что у меня была бессонница и болит голова, он не станет возражать против прогулки.

Скарлетт наскоро выпила кофе, и откланявшись дамам, засобиралась.

Ей действительно стало легче, когда она прошлась пешком по свежему воздуху, кровь прилила к щекам и дыхание стало ровным.

Приблизившись к воротам монастыря, Скарлетт представилась дежурным монахиням и попросила разрешения на свидание с сестрой. Девушки проводили ее в беседку, увитую плющом, и отправились искать Керрин.

Скарлетт уселась в плетеное кресло. Здесь, в плющевой влажной тени, было свежо и уютно, она закрыла глаза, пытаясь заставить свой мозг отогнать грустные мысли перед встречей с сестрой.

Скарлетт совсем не злилась сейчас на Ретта, ее гневная вспышка сразу же прошла, как только дверь спальни за ним захлопнулась и теперь ею снова владела боль потери. Видно, Богу было угодно, чтобы она всю жизнь страдала от неразделенной любви! И надо бы смириться с этим, но ей этого, ох как не хотелось!

— Скарлетт, дорогая – послышался, наконец, голос Керрин. Младшая сестренка подошла к беседке, играя счастливой улыбкой.

Она выглядела непривычно в своей монашеской одежде, хоть белый цвет воротничка и очень украшал ее свежее личико. Керрин изменилась с тех пор, как они виделись в последний раз, но ее приятная внешность от этого не пострадала. Они обнялись, и воспоминания давнего прошлого защемили сердце Скарлетт. Мама, папа, Сьюлин, Керрин, Мамушка, белый дом, зеленая аллея, хлопковые поля и она, беззаботная, вполне довольная собой, среди всего этого. Воспоминания разом пронеслись в ее голове, выбираясь из всех закоулков памяти, и глаза ее при этом увлажнились. Керрин предстала сейчас перед ней как символ прошлого, такого далекого и милого сердцу.

— Ах, Керрин, я так рада тебе, дорогая! Сколько же мы не виделись, семь лет или восемь?

Керрин смотрела на Скарлетт, и в глазах ее тоже стояли слезы.

— Уже почти девять, Скарлетт, но я в курсе всего, что у тебя происходило за эти годы. Тетя Полин и тетя Евлалия, царство ей небесное, часто приходили ко мне и рассказывали о вас со Сьюлин и обо всем, что Вы писали в письмах.