Книга Когда играют все, страница 11 – Татьяна Иванова

— Наставница обучила.

Его величество медлил бросать игральную кость, запоминая использованную Фенеллой комбинацию. Во второй раз в эту же ловушку он не попадется.

— И что же вы дальше делать будете, донья Фенелла? — с любопытством спросил Боэланд после нескольких ходов, сделанных в полном молчании, наблюдая, как противница выравнивает свои фигуры, не решаясь перейти в наступление. — До конца игры еще далеко. Не знаете?

— Знаю, — вздохнула девушка. — Но не хочу.

У нее не оставалось другого варианта действий, кроме как направить часть своих фигурок в образовавшуюся брешь в обороне противника.

— Так что же все-таки грозит Остарии, ваше величество?

Его величество не ответил. Он был занят отрезанием прорвавшихся в его тыл фигурок от основных войск врага. Ему повезло. Два раза подряд ноль очков у Фенеллы, и он запер ее фигурки, явно намереваясь их в ближайшее время уничтожить.

— Ваш риск не оправдался, благородная донья, — с удовольствием сообщил Боэланд.

— Мне всего двух очков не хватило за два хода, — расстроено сказала Фенелла. — Не повезло. Сюда бы ладью — и ничего бы у вас не вышло.

— Но что получилось — то получилось. И похожая на ваше положение изоляция грозит теперь и Остарии. Окружающие нас страны объединились в намерении, уничтожить нас вместе с пришельцами. Знаете, как останавливают чуму в соседнем Борифате? — Боэланд криво усмехнулся. — Выжигают деревню вместе с заразой. Пока что наши соседи только изолировали Остарию от окружающего мира. Но они вот-вот объединятся, чтобы стереть нас с лица земли.

— Ну и глупо.

— Почему же? — король откинулся на спинку кресла, не глядя больше на доску.

— Так прорыв пространственной ткани все равно останется. Ну поселятся в Остарии другие люди — и что изменится?

— Они не будут связаны с прогрессорами Договором, — мрачно сказал король, налил себе еще вина и залпом выпил.

— Я ничего об этом не знаю, — Фенелла по примеру его величества тоже устроила перерыв в игре и потянулась за засахаренными фруктами в вазочке.

— Когда где-то четверть века назад в Остарии появились пришельцы из другого мира, они уверяли, что принесли в наш отсталый мир свет добра и прогресса, — с откровенной злостью сказал Боэланд и снова потянулся за вином. — Но мой дед почти сразу сообразил, к чему приведет Остарию нашествие пришельцев. И додумался, как можно их собственные идеи использовать для ограничения воздействия пришельцев на нашу страну. Раз они мирные и добрые прогрессоры, то не будут ли они так любезны, чтобы дать обещание, не нести насилие местным жителям ни в какой форме? Они были согласны, но с условием. С условием, чтобы и мы дали точно такое же обещание. Они, дескать, не готовы видеть, как мы проливаем кровь друг другу и не вмешиваться. Дескать, их праведные души не выдержат пассивного наблюдения за нашими зверскими обычаями, — его величество залпом выпил бокал вина, который до этого крутил в ладонях, и продолжил. — А поскольку средства для остановки нашего местного насилия были у пришельцев устрашающими, то мой дед счел единственным выходом, предложенный договор подписать. За себя и за своих потомков. После этого пришельцы получили доступ к нашим золотым рудникам и к драгоценным камням. И, что их также интересует, возможность отдыхать у нас от своего прогресса на свежем воздухе. Все отношения, виды деятельности, количество пришельцев у нас, вывоз золота и драгоценных камней из Остарии строго регулируются Договором. Тогда, полвека назад, Договор казался спасением.