Книга Когда играют все, страница 2 – Татьяна Иванова

Но Фенелла себе такого унылого будущего никак не желала. Но куда же ей идти? Вот если бы Сид Оканнера вернулся, она бы знала, к кому пойти. Мама, конечно же, хотела, чтобы они держались вместе. Но где же он сейчас, этот Сид, когда его так не хватает?!

Сосновый бор остался позади, дорожка с моря вела вверх на холмистую равнину, тянущуюся на многие десятки миль по правому берегу реки Сароны. Яркое солнце припекало, Фенелла развязала тесемки плаща и медленно шла вперед, глядя под ноги, низко опустив тяжелую после бессонной ночи голову. Поэтому вылетевшие из-за поворота всадники и застали ее врасплох: с полурасстегнутым плащом, да еще и не своим, с откинутым капюшоном. Фенелла испуганно подняла голову, но тут же успокоилась, узнав того, кто оказался ближе всех. Дон Альвес де Карседа, рыцарь без страха и упрека, он никогда не позволит себе обидеть женщину.

Рыцарь пристально разглядывал замершую рядом с ним девушку. Фенелла опустила глаза, понимая, что ее светлые волосы, темно-серые, почти черные глаза и нос с горбинкой сразу выдают, что она чужестранка. Капюшон поднимать было поздно.

— Донья, простите, я не знаю, как к вам обращаться… — наконец, вежливо заговорил де Карседа.

— Фенелла.

— Донья Фенелла, не сочтите мой вопрос странным, не слышали ли вы о волшебнице, живущей в этих краях?

— Она умерла.

Казалось, высохшие слезы снова медленно потекли по щекам.

— Умерла вчера вечером. Жители деревни ее похоронили. Эта дорожка как раз ведет к могиле.

Внезапно двое мгновенно соскочивших с коней воинов крепко схватили Фенеллу за обе руки. Она удивленно взглянула на де Карседу. Рыцарь внимательно смотрел на своего спутника, видимо, и подавшего сигнал воинам. И девушка узнала этого человека. Конечно же, простая деревенская жительница, пусть даже вежливый де Карседа и назвал ее доньей, не обязана узнавать в лицо своего короля, но Меланара… мама… брала Фенеллу в столицу на коронацию. Король страны… Тонкие, плотно сжатые губы, выступающий вперед волевой подбородок, мощный нос, высокий лоб и пронзительный взгляд серых глаз. Всего один быстрый взгляд на его величество Боэланда III давал понять, что рядом с ним лучше не лукавить. И девушка склонилась в низком почтительном поклоне настолько, насколько позволили держащие ее за локти воины короля.

— Вы узнали того, кто перед вами, донья Фенелла? — спросил де Карседа.

— Да, ваше величество, — ответила девушка, обращаясь к его спутнику, не поднимая головы, — Я была на вашей коронации.

— Почему на вас плащ волшебницы? — резко спросил король, наклоняясь вперед. — Моим людям рассказали в селении, что старая донна носила черный плащ с золотой застежкой в виде парящей в небе птицы.

«Да. Застежка в виде потерявшейся в чужом небе птицы».

— И еще селяне рассказали, что в последние дни возле волшебницы была ее ученица.

Ученица, родственница и, как выяснилось, дочь была, конечно же, и раньше, но до самого последнего времени им с Меланарой удавалось это удачно скрывать от посторонних людей. Фенелла, как и мать, могла проходить сквозь пространство и возвращать в деревню разбившихся или застрявших в скалах селян. Те попросту не понимали, что им помогают две разные женщины.

— Да, ваше величество, я действительно находилась возле умирающей волшебницы в последние дни.