Книга Подсластить победы горечь, страница 108 – Татьяна Иванова

— Что там? — с откровенным ужасом спросил Айвен.

— Монстр, — стуча зубами, сказала Настя, — страшный, зубастый монстр.

— Компот, — коротко добавил принц, пряча улыбку в глубине глаз.

— Я было подумал — кровь, — с облегчением выдохнул прогрессор. — И так много…

— Запах, — откуда-то издали сообщил дон Альвес. — Другой запах.

То есть, проснулись все. Ну еще бы, после такого визга.

— Дорогая, где здесь монстр? — весело спросил Сид, до конца отодвигая входное полотнище и делая шаг вовнутрь.

Яркий свет его фонаря осветил сжавшуюся в своем спальнике, напуганную и тоже залитую темно-красной жидкостью Фенеллу. Потом луч высветил нечто темное, высотой локтя в два, мохнатое, зубастое, злобно рычащее у дальней стенки палатки. Вдруг Сид повалился поверх спальника Фенеллы, полуосознанно выбрав единственное незаляпанное место во всей палатке. И громко расхохотался.

— Это всего лишь крыса, — еле выговорил он между приступами жизнерадостного смеха. — Большая, приозерная, безобидная крыса. Пришла на запах, хотела полакомиться.

— Очень смешно, — обиженно сказала Фенелла, испуганно косясь в сторону зловеще скалящегося зверя, загнанного в угол и потому злобного и опасного.

— Какая быстрая расплата за жадность! — и Сид, уже было вставший на колени, снова повалился ничком в очередном приступе веселья. Его супруга размышляла уже, на какой срок ей следует обидеться на мужа. Следует ли обижаться вообще — не вопрос. Конечно, обижаться!

— Сид, не шевелись, я ее прикончу, — сказал дон Альвес от входа.

Фенелла, не сразу сообразившая, что речь идет не о ней, испуганно повернула голову. И сразу отвлеклась от рыцаря с кинжалом в руке. В свете прожекторов было отчетливо видно, как дон Гай, забыв обо всем, нежно держит в объятиях светловолосую девушку, не замечая ни обильно заляпанной компотом пижамы, ни растрепанности волос, так же пропитавшихся густым напитком из дикой сливы. А Настя зачарованно смотрит ему в глаза. Идиллия…

— Не надо убивать крысу, пусть живет, — попросила Фенелла. — Она всего лишь хотела компотика. Как и все вы этим вечером.

— Женщины… — с философской грустью вздохнул дон Альвес. — Но живой она нам в руки не дастся. Придется вам с Настей спать в другом месте. С утра наведем порядок.

— Пусть спят на крыше вездехода, — вмешался Айвен. — Вода в душевой еще осталась, запасные спальники есть. Все остальное — действительно до рассвета.

— Ты очень храбрый человек, Сид, — услышала Фенелла слова дона Альвеса, заворачиваясь в чистый запасной спальник.

— Это звучит, как «ты — идиот», — пробормотал его ученик. — Что не так?

— Я не считаю себя трусом, но я никогда бы не рискнул смеяться над Лиандой, если бы она выглядела настолько глупо.

— Возможно, я просто неопытен, — пробормотал Сид, посмотрев в сторону вроде бы засыпающей жены.

— Они такого не прощают, — добавил дон Альвес, не подозревая, что у дочери Странницы слух куда лучше, чем у любого другого человека.

Сид задумчиво подергал себя за прядь длинных волос и направился к вездеходу.

— Нель, любимая, ты не очень испугалась? — нежно поинтересовался он.

Фенелла приподнялась на локте и сверху вниз посмотрела на мужа.

— Такая злющая крыса, — добавил тот, стараясь говорить сочувственно, — большая, мохнатая, зубастая, — в его темных глазах снова вспыхнуло веселье. — И ты… такая напуганная тоже, нахохленная…