Онлайн книга «Полдень, XXI век, 2011 № 09»
|
Второе стекло я увидел возле пирса три месяца спустя. Волны катали его вместе с мелкими рыже-шоколадными камушками, забавляясь и играя: то хватали и уволакивали в глубину, то подкидывали и легким щелчком выбивали на берег. Я стоял и не смел отобрать у моря его игрушку, не попробовав сначала понять эту игру, почувствовать ее ритм. Шшшр-р-шш… мое, мое, заберу, не отдам… шшшр-р-шш… на, возьми, поиграй, разрешаю… шшшр-р-шш… поверил? а вот и не твое, не твое… шшшр-р-шш… И опять. И показывает мне язык. А я приседаю. Жду. Играю вместе с ним. По его правилам. На руке оседает белая соль. Потом я сжимаю кулак, загребая горстью ракушечную крошку, песок и стекло. Маленькое голубое стекло. И оно становится мое. Теперь я слышу четче и лучше. «Знаешь, Маргоша, ты бы на меня обиделась, я снова начал курить… Куда девался Андрюха, мать его за ногу?.. Котлетами пахнет, пригорели… Какая шикарная грудь… слава Богу за телевизор… Маргоша, где же ты…» Обнаружив второе стекло, я рассказал о нем дяде. Третье мы уже искали вместе. А когда нашли, случился пожар. Собственно, подобные происшествия у нас в городе случались регулярно. И мы так же регулярно на них присутствовали. Мы ведь пожарные: я и дядя. И тот пожар был совершенно рядовым, ничем не отличавшимся от десятков других. Ночь. Дежурка. Вызов. Машина. Сирена. Одноэтажный деревянный домик на окраине, чем-то похожий на дядин. Но… лопается от нестерпимого жара оконное стекло (стекло?) и ворвавшийся ветер с безумным и безудержным весельем расшвыривает языки пламени во все стороны. Мгновенно занимается крыша, потолок. А дядя внутри, ищет жильцов, семью запойных алкоголиков, любящих покурить в постели. Выносит женщину, та брыкается, вырывается и кашляет так, будто ее сейчас разорвет. Дядя бросается за мужчиной. И тогда падает балка. Она падает, преграждая путь. К дому бегу я. Мне кажется, тот пожар был потому, что мы узнали. Понимаете, узнали одну из тайн моря. Я вытащил дядю. А хозяина дома вытащил кто-то из нашего расчета. Мужик остался жив, дядя так и не открыл глаза. А я в том пожаре потерял ноги. Они просто отнялись. Не было ни травмы, ни удара, ничего. Врачи сказали, это психологическое, должно пройти само. Или неврологическое. Или еще какое-то «ическое». Должно пройти само. Проходило уже полгода. Четвертое стекло я не искал. Даже не собирался. Я сидел в своей прекрасной новенькой коляске с электрическим приводом (ее подарила мне моя команда, бывшая) и, кажется, встречал морозный февральский рассвет. «Кажется» – потому что я был смертельно пьян и плохо помню, вставало солнце или садилось. Шршахш… шршахш… море смеялось надо мной. Долго и занудно. А затем выкинуло стекло. Прямо к моим ногам. — Издеваешься, – сказал я морю. – Ты издеваешься. — Шршахш, – ответило оно и уползло. Я долго глядел на осколок у себя под ногами. Гадкий, мерзейший осколок. Я наклонился и поднял его. Через неделю смастерил нехитрый Прибор. С ним было легче слушать. Почему этот подарок достался именно мне? Море решило, что за тайну уплачено достаточно? Четвертое стекло превратило меня в Маугли – я стал понимать мысли животных. Честно говоря, было страшновато. Да нет, вру, ужасно страшно. В первую очередь я всерьез решил, что сошел с ума. Представьте, смотрите вы на соседскую таксу. Такса как такса, смешная, веселая, черная с рыжими подпалинами, носится по кромке воды, спущенная с поводка. А потом вы берете стекла. |