Книга Гость, страница 2 – Алина Горделли

Один за другим погибали, тяжело болели и уходили в оставку, не выдерживая нечеловеческого напряжения, капитаны «Кьюнарда» и «Белой Звезды».

Но капитан Артур Генри Рострон самым невероятным образом выходил живым и невредимым из всех передряг, столкновений с подводными лодками и артиллерийских обстрелов. И не только сам, но и его корабли, офицеры, команда и пассажиры. За все четыре года войны он не потерял ни единого человека! И возвращался домой неизменно подтянутый и улыбающийся, вроде бы и не с «арены боевых действий», а из средиземноморского круиза.

У Минни от гордости заблестели глаза.

Артур Рострон закончил войну капитаном «Мавритании» — флагмана «Кьюнарда» и самого быстроходного судна в мире. Поговаривали, что Рострона должны вот-вот представить на звание Коммандера Британской Империи — всего одной ступенькой ниже Рыцарского звания. Поговаривали, что и до Рыцаря ему рукой подать. А еще, шепотом и округлив глаза, добавляли, что Рострон-мол заговоренный, избранник Провидения, ему и море по колено.

Минни слегка улыбнулась. Пути Господни неисповедимы! Одно она знала совершенно точно, — то, что была замужем за неординарным человеком.

Но для Минни главная награда была в другом: ее мужу, перед возвращением в гражданский флот дали целых три месяца отпуска: невиданная роскошь! Не урывками, считая несказанной удачей уловить недельку в месяц, а целых девяносто дней общения, семейных пикников, посещения театра и кино, гостей, веселья, вобщем — счастья! И еще девяносто ночей… Прижиматься к его худощавому, но мускулистому телу, чувствовать его нежные настойчивые руки на груди, на бедрах, видеть эти невозможные восторженные бирюзовые глаза так близко! Прошлой ночью они никак не могли оторваться друг от друга и даже опоздали к завтраку. Мальчики, как всегда, деликатно сделали вид, что ничего не заметили.

Минни почувстовала, как ее округлые смуглые щеки заливает краска. Она украдкой стрельнула глазами по сторонам. Ей казалось, что ее мысли, как радиопередачу, только что вещали по всему Ливерпулю.

Смущенно поправив и так безупречно сидевшую модную шляпку, Минни ускорила шаг. Быстро застучал по мостовой кокетливый дамский зонтик.

Они с Артуром действительно жили по распространенной поговорке «душа в душу». Между ними с самой же первой встречи установилась какая-то незримая духовная связь. Минни иногда представляла ее себе в виде тончайшей на вид, но крепкой как канат, звенящей серебрянной струны. Она была совершенно уверенна в преданности мужа, и ни минуты не сомневалась в его верности. Несмотря на двадцать лет брака и четверых детей, они не только не пресытились, но так и не насытились друг другом. Конечно же частые расставания сыграли здесь не последнюю роль, но Минни тешила себя мыслью, что они действительно были теми пресловутыми половинками, о которых поют в итальянских операх и английских опереттах.

Тешила, потому что крохотное сомнение, даже и не ревность — как можно ревновать человека к прошлому, да еще до встречи с ней, Минни, — все же иногда проникало в ее сердце. Она ли, Минни, главная женщина всей жизни Артура Рострона, или та — его первая потерянная любовь?

Минни знала о Люсиль Бланшар.

Кристально честный, Артур не желал оставлять никаких «скелетов в шкафу» и рассказал ей про свою первую несчастливую любовь еще до их с Минни свадьбы. Далось это ему нелегко: он боялся потерять доверие Минни, разочаровать ее. Но Минни выслушала исповедь жениха стоически. В конце-то концов, не могла же она быть первой женщиной у тридцатилетнего моряка. А тому, что брезгливый чистюля Рострон не ходил по злачным заведениям, она поверила сразу же.