Онлайн книга «Молчание «Карпатии»»
|
Все трое уставились на капитана в изумлении. — Я спрячусь от них в тумане, а потом пройду через шторм на полном ходу. Они не смогут прицельно стрелять в тумане, и очень сомневаюсь, чтобы они осмелились полезть за мной в одиннадцатибальный шторм! Глава 4. Бегство «Карпатии» — Я спрячусь от них в тумане, а потом пройду через шторм на полном ходу. Очень сомневаюсь, чтобы они осмелились полезть за мной в одиннадцатибалльный шторм! – И капитан Рострон нежно погладил стенку рубки. — Мы еще зададим всем жару, почтенная леди! Настроение капитана тут же передалось присутствующим. Стало легко, и даже как-то весело, уныния как не бывало, вместо него появились уверенность и азарт. Усталость как рукой сняло. — Айэ-Айэ, сэр! – Дин принялся набрасывать маршрут, а Джеймс Биссет подумал: «Электрическая искра» в действии! Научусь ли я когда-нибудь вот так заряжать своим энтузиазмом и энергией окружающих?». — Мистер Биссет, вызовите рулевого Фицпатрика, если он уже отдохнул после ночной смены. Прекрасный рулевой, я ему доверяю. — Айэ-Айэ, сэр! В рубку постучали. Это был старший стюард Хьюз. Офицеры, кроме Дина, склонившегося над маршрутом, вышли на мостик. — Сэр, служба заканчивается, пассажиры «Титаника» будут на палубе через четверть часа. Вот примерный список спасенных, пока что уточняем, но, похоже, мы подобрали от 705 до 712 человек. – И Хьюз вручил капитану толстую подшивку бумаги. — Спасибо! Заберите у Коттэма несколько сотен бланков для маркониграмм, чтобы раздать потерпевшим с «Титаника». — Слушаюсь, сэр! Капитан Рострон провел рукой по подбородку. — На кого я похож! Небритый, китель помятый. Мне надо привести себя в порядок. Четверти часа достаточно. Мистер Хьюз, куда перенесли мои вещи? Я ведь распорядился отдать мою каюту леди Астор, миссис Тэйэр и миссис Уайденер. — Вы не дали определенных распоряжений, сэр, поэтому я перенес все к себе. — Отлично! – и капитан Рострон умчался вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Ровно через четверть часа гладко выбритый, в отутюженном кителе, капитан Артур Генри Рострон обратился с мостика к спасенным пассажирам и членам команды «Титаника». Пассажиры «Карпатии» тоже потянулись на палубу. — Леди и джентльмены, Провидению угодно было распорядиться, чтобы нас объединили горе и печаль. Поверьте, что сердце «Карпатии» и ее офицеров, всех членов команды, бьется в унисон с вашими сердцами, и мы глубоко переживаем ваши трагические утраты. Флаг на «Карпатии» приспущен, корабль в трауре. На палубе послышались всхлипывания. — Но жизнь продолжается – в вас самих, в ваших детях, и мы с вами должны сделать все возможное, чтобы эту жизнь защитить, чтобы жертвы тех, для кого не осталось места в спасательных шлюпках, не были напрасными. Несколько сотен глаз смотрели на капитана – кто с надеждой, кто со слезами, кто-то отрешенно. — Мы направляемся в Халифакс, там вас подберет поезд и доставит в Нью-Йорк. Сейчас вам раздадут бланки для маркониграмм. Напишите несколько строчек для ваших близких, что вы живы и находитесь на борту «Карпатии», и наш оператор Маркони мистер Коттэм постарается их передать на берег. И тут в толпе присутствующих зоркие глаза моряка разглядели ту самую молодую женщину, к которой он недавно приводил ее малыша. Артур не знал ее имени, мысленно окрестив ее «вторая Минни», и ему вдруг стало очень приятно ее видеть. Она стояла одна, без детей, видимо, оставив их в каюте. Глаза капитана задержались на ее красивом бледном лице, и она улыбнулась и кивнула ему. Артур ответил такой-же мимолетной улыбкой и быстрым кивком. |