Книга Молчание «Карпатии», страница 22 – Алина Горделли

— Есть полный вперед!

«Карпатия», под напором заработавших в полную мощность турбин и повинуясь штурвалу, с огромным напряжением преодолела инерцию своего движения, развернувшись на правый борт. Офицеры на мостике затаили дыхание. Два корабля разминулись в нескольких ярдах, казалось можно было свободно перепрыгнуть с одного борта на другой. Неминуемого столкновения удалось избежать!

— Какого дьявола! – заорали с парусника в мегафон, и разразились трехэтажной морской бранью. Капитан Рострон даже бровью не повел.

— Такого шкипера поискать! – тихо сказал Лайтоллер своему приятелю Дину.

— А то! – гордо улыбнулся Хоррэс Дин.

Капитан Рострон вышел из рубки.

— Мистер Дин, верните корабль на прежний курс, продолжайте идти малым ходом.

— Айэ-Айэ, сэр!

На паруснике никак не могли успокоиться.

— Какого черта здесь происходит, кто стрелял боевыми снарядами?! – продолжая орать в мегафон и сигналить сиреной, огромный парусник скрылся в тумане.

— Мистер Биссет, распорядитесь включить сигнальную сирену. Этот шумный китобойный парусник сослужил нам прекрасную службу. Неприятель теперь не уверен, кого он обстреливал, и понятия не имеет, где мы находимся. Искать нас в тумане они не будут, смысла нет. Стреляли наугад, на всякий случай. Есть небольшая надежда, что они могут наткнуться на наши шлюпки и предположить, что достали нас, но я бы не стал на это сильно рассчитывать.

— Айэ-Айэ, сэр!

Рострон перевел дух.

— Мистер Хэнкинсон, режим тишины на палубе отмените через полчаса, но пассажиров на открытые палубы не выпускать.

— Айэ-Айэ, сэр!

— Старшина! Попросите мистера Хьюза подняться на мостик.

— Айэ-Айэ, сэр!

Хватаясь за поручни, на мостик вскарабкался старший стюард Харри Хьюз.

— Мистер Хьюз, распорядитесь приготовить четырех погибших матросов к погребению. Я проведу службу ровно в четыре часа, и мы предадим тела морю, – Рострон коротко, но тяжело вздохнул.

— Слушаюсь, сэр!

— Далее. Пошлите помощников в гостиные и столовые всех трех классов и поручите им довести до сведения всех пассажиров – наших и принятых на борт, что «Карпатия» в тумане попала в сферу активности промыслового парусника. Объясните, что они глушили рыбу и тунца взрывными зарядами, и мы попали под их волну. Скорее всего, промышляли нелегально, потому и занимались этим в тумане.

Хьюз вопросительно смотрел на капитана, прекрасно понимая, что эта байка может удовлетворить только самых несведущих и наивных. Однако, задать вопрос по существу не посмел.

— Передайте им, что никакая опасность «Карпатии» не угрожала, равно, как и нам не было нанесено никакого урона.

«Ну, хоть что-то соответствует действительности», – подумал Рострон. Расчет капитана был на состав его аудитории: измученных женщин и детей и опустошенных апатичных мужчин. – «Конечно, таких как Херд так просто вокруг пальца не обведешь, но, до поры до времени, пусть думает, что хочет».

— Слушаюсь, сэр! – старший стюард отправился выполнять поручение.

Биссет вопросительно посмотрел на капитана. Рострон понял его взгляд.

— Непосвященным офицерам и команде я лгать не буду. Никаких объяснений.

Продолжая подавать регулярный душераздирающий вой сирены, «Карпатия» медленно продвигалась по намеченному маршруту. Ровно в четыре часа пополудни, на корме, в присутствии офицеров «Титаника», Биссета, Хьюза, старшего казначея Брауна и доктора Арпада Лендъела, капитан Рострон провел короткую морскую службу отпевания над четырмя погибшими матросами «Титаника». Этой привилегией капитана судна – быть еще и капелланом – Рострон пользовался впервые, он был бледен, в глазах его стояли слезы. Укутанные в саван тела были преданы океану и, исчезнув в тумане, с тихим всплеском присоединились к бессмертному экипажу теперь уже небесного лайнера.