Книга Молчание «Карпатии», страница 37 – Алина Горделли

— Вы попытаетесь дать им бой?

— Это невозможно, у нас нет веских доказательств, только косвенные. Но я попытаюсь добиться ничейного исхода: безопасности всех вовлеченных в эту историю, участников и невольных свидетелей. Это единственный выход из нашего положения.

— Что ж, – вздохнул Лайтоллер, – разумно, – и он протянул руку капитану. – Желаю вам удачи, коммандер! Вы всегда можете на меня рассчитывать.

— Спасибо, лейтенант! – и Рострон сердечно пожал протянутую руку.

На мостике появились казначей Браун и старший стюард Хьюз.

— Мистер Браун, прошу вас от моего имени объявить благодарность всей команде за прекрасную работу в сложных погодных условиях. Пожалуйста, приготовьте ходатайство перед «Кьюнардом» о премиальных выплатах для всех матросов, кочегаров и инженеров.

— Слушаюсь, сэр!

— Мистер Хьюз, объявите от моего имени благодарность стюардам и стюардессам, и подготовьте аналогичное ходатайство о премиальных наградах.

— Слушаюсь, сэр!

— Направьте стюардов во все три салона и объявите пассажирам, что в течение оставшегося пути ожидается хорошая погода, что все неприятности позади. Принесите от моего имени извинения за причиненные неудобства. А самое главное, объявите пассажирам, что мы следуем в Нью-Йорк.

— Будет сделано, сэр!

— Как пассажиры перенесли шторм?

— Доктор Ризикато и доктор Лендъел сообщили, что к ним обращались с мелкими ушибами несколько человек. Ну и конечно… хммм … проблемы с несварением, сэр!

— Слава Богу, что ничего серьезного! Поблагодарите докторов Ризикато и Лендъела от моего имени и попросите доктора МакГи подняться на пару минут ко мне.

— Слушаюсь сэр!

Браун и Хьюз ушли, и вместо них на мостик поднялся главный инженер Джонстон. Он в раздумье почесывал в затылке.

— Что случилось? – спросил Рострон в тревоге.

— В том-то и дело, что ничего, сэр! Это-то и удивительно! Старушка в прекрасной форме! Турбины работают гладко, все лопасти в порядке. Шторм пошел ей на пользу, – улыбнулся Джонстон. – Можем спокойно дать 14 узлов.

У Рострона вырвался вздох облегчения.

— Наконец-то хорошие новости! Благодарю вас за прекрасную работу, мистер Джонстон! Вы прекрасно ухаживаете за нашей почтенной леди.

— Спасибо, сэр!

— Достаточно ли у нас угля для поддержания скорости в 14 узлов в течение приблизительно суток? Ведь в шторме, наверняка, много потратили?

— Дотянем, сэр, не беспокойтесь!

— Прекрасно! Мистер Хэнкинсон, строго по курсу, скорость 14 узлов!

— Айэ-Айэ, сэр!

«Карпатия» набирала ход. Гарольд Коттэм и Фрэнк МакГи появились на мостике почти одновременно. Оба еле стояли на ногах.

— Держитесь, мистер Коттэм? – спросил Рострон сочувственно молодого человека.

— Да, сэр! – ответил тот, но его слова прозвучали неубедительно. – У меня накопилось до трехсот бланков от спасенных пассажиров для передачи на землю, но в тумане и в шторме почти ничего передать не удалось. Сейчас приступлю к работе. – Глаза у бедняги слипались на ходу.

— Доктор МакГи, как вы думаете, мистер Брайд, оператор Маркони с «Титаника», не мог бы помочь мистеру Коттэму?

МакГи колебался.

— У него переломы костей ступни, это очень болезненно, и ходить он не может. Но если его перенести…

— Пожалуйста, попросите его от моего имени и организуйте транспортировку, если согласится. Мистер Коттэм работает один уже третьи сутки.