Книга Молчание «Карпатии», страница 45 – Алина Горделли

Укол был замечен. Власти США только что почти что арестовали двух граждан Британской Империи.

— Джентльмены, джентльмены! – поспешил вмешаться Артур Рострон. – Для меня не составит труда дать показания в сенатской комиссии завтра утром и отплыть в четыре часа дня, – мягко сказал он, обращаясь к сенатору Смиту. – Два часа сна, это все, что мне требуется.

Сенатор Смит посмотрел на Капитана Рострона. Ему не нравились люди, трусливо отводящие взгляд, избегающие ответственности, не берущие на себя смелость принятия решений. Этот худощавый, смотревший прямо в глаза собеседнику человек словно был выплавлен из какого-то устойчивого, несгибаемого, огнеупорного металла самой высшей пробы. Герой, не подозревающий о своем героизме. И сенатор Смит с уважением и даже почтением пожал ему руку:

— Ждем вас завтра утром в Астории, капитан Рострон! От имени сената Соединенных Штатов Америки позвольте поблагодарить вас за ваше согласие принять участие в заседании сенатской комиссии и за все, что вы сделали для спасения жертв кораблекрушения.

Когда официальные лица и сильные мира сего, наконец-то, покинули «Карпатию», а утомленные офицеры разошлись по своим каютам хоть на пару часов, перед тем, как начать подготовку к завтрашнему рейсу, на борт корабля, почти что незамеченным, прошел высокий представительный господин средних лет с солидной тростью в руках, в котелке и демисезонном пальто. В нем, при желании, можно было узнать мистера Джеймса Джозефа Брауна, американского мультимиллионера и одного из столпов светского общества США. Его сопровождал пожилой, серебробородый, немного сутулый джентльмен в старомодном, но дорогом пальто и цилиндре.

Оба джентльмена были встречены капитаном Артуром Ростроном у самого трапа, и все трое проследовали в одну из кают первого класса. Через пару часов, ближе к полуночи, мистер и миссис Браун, в сопровождении пожилого господина, спустились с борта «Карпатии». В руках у пожилого господина была темно-бордовая кожаная папка. Около причала их поджидал черного цвета «Паккард».

Мистер Браун и пожилой господин обменялись с капитаном Ростроном рукопожатиями. Миссис Браун крепко его обняла и расцеловала в обе щеки.

Оставшись один, Рострон прошел на корму: подальше от суетных огней большого города, от толпы и мишуры, поближе к океану, к морю, которое всегда вселяло в его сердце надежду, силу, уверенность в себе. К морю, которое двадцать семь лет тому назад открыло ему путь к Провидению. Приподняв фуражку, Артур Рострон прошептал молитву. Но эта молитва была необычной для него. Все решения, правильные или ошибочные, были уже приняты. Он просил об умиротворении и спокойствии для тех несчастных, чьи судьбы Провидение вверило ему, Артуру. Он сделал, все, что было в его силах.

Завтра он даст показания в сенатской комиссии США, и имя капитана Артура Генри Рострона прогремит на весь мир. За проявленные при спасении потерпевших с «Титаника» пассажиров мужество, самоотверженность и профессионализм, он будет объявлен героем, получит всевозможные американские и европейские награды, в том числе и именную золотую медаль конгресса США, врученную лично президентом Тефтом, и станет международным символом истинного морехода. Организованную им спасательную операцию назовут мастер-классом профессионализма и лидерства. Рекорд капитана Рострона – спасение 712 душ, так и останется непревзойденным в истории мореходства.