Книга Ты, я и море, страница 18 – Алина Горделли

Как же им не хотелось отрываться друг от друга, покидать этот сказочный сад!

Темнело.

— Смотрите, Минни, — вдруг сказал Рострон, — на первом этаже особняка зажглись огни! Накрывают на стол. Хозяйка поправляет приборы, а хозяин разжигает камин.

— Это Рождество, — подхватила Минни, — видите большую украшенную елку? Вон там, в правом окне. Стеклянные игрушки отражают огни плафонов, и ярко сверкает рождественская звезда!

— Слышите, заиграла музыка — они завели вон тот большой граммофон, в углу.

— Какая приятная музыка, — мечтательно проговорила Минни, — хозяин пригласил жену на танец, как красиво и легко они вальсируют!

— А вот и на втором этаже зажглись огни!

— А что же там? — с любопытством спросила Минни.

Рострон на мгновение умолк, а потом прошептал ей почти что в самое ушко:

— Детская.

У Минни перехватило дыхание, и она уткнулась лбом ему в плечо.

— Как хорошо, — еле слышно прошептала она.

Рострон осторожно приподнял ее лицо за подбородок и поцеловал в приоткрытые губки. Это был уже совсем другой поцелуй: нежный, но властный и долгий. Его левая рука продолжала держать ее за талию, а правую он почему-то спрятал за спину. Минни почувствовала горячее дыхание и легкое прикосновение его языка к своим губам, ощутила мужскую силу, с которой он удерживал ее за талию, и бесподобное предчувствие какого-то грядущего таинства охватило ее.

Наконец, он отпустил ее, и вопросительно, даже виновато, заглянул ей в глаза. Еле переведя дыхание, Минни смущенно улыбнулась, и Рострон нежно поцеловал ее в лоб.

Взявшись за руки в темноте, они почти наугад пробирались к забору. Рострон заставил-таки Минни накинуть на плечи его китель. Пока он забирался на забор, Минни поежилась, оглядываясь в темноту. А ну как схватит ее сзади какой-нибудь тролль! Но тут же оказалась в сильных и бесконечно дорогих объятиях.

Перед тем, как они переправились на улицу, Минни бросила прощальный взгляд на покинутый дом. В верхнем этаже особняка по-прежнему горели огни…

Ей стало грустно, что у Рострона оказались какие-то неизвестные ей дела, важнее, чем их свидание.

— А можно мне поехать с вами? — спросила она кокетливо.

Рострон явно колебался.

— Мне надо посетить бедный квартал, может быть не стоит, Минни?

Они и не заметили, как отбросили официальное обращение.

— К тому же, такие визиты лучше наносить одному, — Рострон казался смущенным, — ваше присутствие поставит меня в несколько неловкое положение.

Глаза у Минни загорелись — вот она, тайна! Не об этом ли он уже два раза пытался с ней поговорить? А вдруг у него, как у полковника Брэндона, была возлюбленная, и она при смерти? Или она оставила на его попечении дочь, и ему надо ее навестить? А может быть, как у Остин в романе, эту дочь соблазнил какой-нибудь негодяй, вроде зятя Хоррэса, не к ночи будет упомянут!

Воображение у Минни разыгралось. Она насупилась, остановилась и стала водить носком туфельки по мостовой.

— Какие-то тайны и секреты, — проворчала она, надув губки.

Рострон ответил неожиданно серьезно.

— Вы правы, Минни, у меня не должно быть от вас ни тайн, ни секретов, и не будет. Поедем вместе!

— Вот так-то! Вам не удастся от меня избавиться! — фыркнула она и показала ему маленький розовый язычок.

— А где здесь можно найти экипаж? — Рострон, смеясь, обнял ее за плечи.