Книга Ты, я и море, страница 88 – Алина Горделли

— Отдай! — Минни выхватила у него медвежонка и снова прижала его к груди, надув губы. — Да, это мой старый Ушастик. Уж он то не сбегает от меня ни свет ни заря и не бросает одну, не предупредив и не посоветовавшись! — и она уткнулась носом в любимую игрушку.

Проем открытого балкона темнел сизым небом. Скорее всего, она проспала несколько часов. И, словно в ответ на ее мысли, часы на городской ратуши пробили восемь раз.

— Признавайся! Признавайся, что ты натворил! — и Минни указала на брошенную на пол взъерошенную вчерашнюю газету.

Тяжело вздохнув, Артур молча присел рядом с ней на кровать, собираясь с мыслями. На письменном столе лежала темно-бордовая папка с его рабочими документами. Минни только сейчас обнаружила, как осунулось его лицо, тусклый свет электрической лампы подчеркивал нахмуренную складку бровей. Сердце у нее сжалось.

Отложив медвежонка в сторону, Минни нежно обняла мужа и, положив голову ему на грудь, и прошептала уже совсем другим тоном:

— Расскажи, милый. Скажи мне все, как есть. Я пойму, мы справимся вместе.

Артур взял ее лицо в ладони, нежно провел по волосам. Его глаза сияли благодарностью, тревожная складка разгладилась. Глубоко вздохнув, он проговорил виновато:

— Не могу, не могу с тобой расстаться так скоро!

Минни потерлась носом о его щеку.

— Я тоже, — еле слышно прошептала она.

Артур еще крепче прижал ее к себе.

— Мне полагалось шесть месяцев срочной службы в Китае, но там сейчас ничего особенного не происходит. Поэтому адмиралтейство согласилось обменять их на четыре месяца в зоне военных действий — в Южной Африке, так как добровольцев мало, да еще с отсрочкой на два месяца!

Минни только охнула.

— Так что у нас впереди не две недели, а целых два с половиной месяца, Минни, любимая!

Она медленно качала опущенной головой.

— Разве ты не рада?! — почти что с отчаянием воскликнул Артур.

Минни подняла на него полные слез глаза.

— Да как же мне радоваться, Артур! Ради меня ты идешь на войну, подвергаешь себя смертельной опасности! Да я бы лучше ждала тебя не шесть, а двадцать шесть месяцев, лишь бы ничего с тобой не случилось!

Артур нежно поцеловал ее большущие, полные тревоги глаза.

— Ничего со мной не случится, любимая, — мягко проговорил он, — ты же знаешь своего Ушастика: он такой обстоятельный, ко всему готовится основательно, с толком. Да и реакция у меня мгновенная. На войне, конечно же, всякое бывает, но есть качества, которые позволяют свести риск к минимуму. Без ложной скромности — у меня эти качества есть. К тому же, мы будем патрулировать побережье, а у Буров нет такой артиллерии, чтобы стрелять по военным кораблям на большое расстояние.

— Ага, — проворчала Минни, нахмурившись, — то-то добровольцев у адмиралтейства навалом прогуляться по Африке за государственный счет! Ишь, сразу ухватились за твое предложение! — фыркнула она.

Но мысль о том, что расставаться через две недели не придется, и впереди у них еще долгих два с половиной месяца любви, уже заполняла ее сердце сладким, умиротворяющим теплом.

— Ну что ж, — наконец проговорила Минни, — что сделано, то сделано! Давай будем думать о хорошем и радоваться нашему продленному медовому месяцу! — и с задорной улыбкой она чмокнула Артура в щеку, — ой, а ведь мы успеем и дом обустроить, и на моем дне рождения погулять!