Книга Таинственный возлюбленный, страница 49 – Джулия Сеймур

Однако самое ужасное теперь заключалось не в том, что нужно было избегать этих нескольких человек, что явно запомнили его в лицо. И даже не в том, что весть о верховом мальчишке скоро неизбежно облетит все предместье. Самое ужасное было в том, что он, спрятавшись в зарослях на берегу Эбро сам и тщательно укрыв от всех случайных взоров коня, не знал теперь, как искать эту чертову повитуху. Время бежало неумолимо. Колокола на многочисленных соборах уже отзвонили конец дневной мессы, а он все сидел в кустах, грызя кулак, чтобы болью заглушить досаду. Неужели остается только вернуться не солоно хлебавши, так и не выполнив первой же просьбы Клаудильи?! Нет, только не это! Лучше смерть на костре! И Педро, оставив стреноженного коня в прибрежных зарослях и сделав себе из крепкой палки посох, беспечно насвистывая и уповая на удачу, направился пешком в раскинувшуюся перед ним Сарагосу.

Было уже далеко заполдень, когда он, миновав мост через Эбро, оказался на улицах этого пыльного, уныло величавого города. Шлепая босыми ногами по грязным улицам, и надеясь на простое везение, Педро с любопытством разглядывал попадавшиеся ему навстречу большие дома и громады башен, отчетливо вырисовывающиеся на фоне далеких гор. Так прошел еще час, и, поняв всю бессмысленность такого шатания по городу, он вновь вернулся на набережную, где лениво катил свои зеленовато-серые воды Эбро. Там он полюбовался со стороны старинным мостом, который недавно перешел, и машинально насчитал у него семь арок. При этом он ни на секунду не забывал о своей задаче и лихорадочно соображал, как найти в этом большом городе всего лишь одну старуху, если о ней даже нельзя ни у кого спросить. С тоской он смотрел на лучи солнца, начинавшие косо ложиться на пыльные улицы, пытался что-то придумать и страшно злился на себя за то, что придумать ничего не мог.

Неподалеку от моста он вдруг увидел церковь, своей разноцветной глазурованной черепицей на кровле и куполах напоминавшую покрытые цветами холмы. Подойдя поближе, мальчик увидел, что это собор Нуэстро сеньора дель Пилар — храм Девы на столбе. Мчась в Сарагосу, полный радужных надежд и воображавший себя героем, Педро ни разу даже не вспомнил об этом храме, который так хотел когда-нибудь посетить — и теперь решил зайти и помолиться, искренне веря, что Святая Дева непременно поможет ему. Войдя, он оказался в торжественной золотой тишине, увенчанной сверху на куполе удивительно живыми разноцветными картинами, повествующими о жизни Девы Марии^[38]. Сонм ангелов, изображенных в виде женщин в длинных одеждах, плыл по клубящимся облакам, а над ними в потоке света сверкал золотой треугольник, на котором были нарисованы какие-то буквы. В алтаре тускло светилось изваяние Мадонны, установленное на серебряном столбе. Педро подошел к нему и опустился на колени у самого основания статуи, украшенного крупными рубинами. Затем, почтительно склонившись, прикоснулся к одному из них губами и горячо помолился и о сестре, и родителях, и о самом главном сейчас. Потом, постояв еще немного перед алтарем, вышел на улицу, полный надежды, что теперь-то Пресвятая Дева поможет ему и в остальном. Но на улице по-прежнему было пустынно и тихо.

Тогда, едва сдерживая злые слезы, он побежал в направлении моста, решившись лучше погибнуть, но спрашивать у всех встречных подряд, где можно найти эту старую ведьму. Неожиданно ему в голову пришла отчаянная мысль прикинуться одним из тех добровольных агентов святой инквизиции, что во множестве бродят по крупным городам и тайно обещают вознаграждение всякому, кто поможет разыскать намеченных ею жертв. Конечно, план этот был чрезвычайно опасен. Ему могли не поверить, могли отвести в аюнтамьенто^[39] или к монахам, могли, наконец, просто обмануть, шепнув ложный адрес, чтобы опередить в выдаче колдуньи. Но ничего другого Педро все равно не приходило в голову. Он и так бездарно потерял уже полдня.