Книга Пламенные эвкалипты, страница 148 – Элизабет Хэран

— Забудь об этом, — сказала Эбби. — Я знаю, что ты просто устал.

Джек нахмурился и посмотрел на Макса.

— Как Макс? — спросила Эбби, видя, что Джек переживает за собаку. Она даже чувствовала себя немного виноватой за то, что ему пришлось переживать еще и за нее.

— Он совсем не шевелится. Правда, он очень ослабел от потери крови и, несомненно, сильной боли.

— А ты? Тебе бы надо поспать. — Эбби подошла ближе.

— Знаю, что это глупо, но не могу оставить его одного, — ответил Джек. — Он всего этого не заслужил. Он долгие годы был предан и верен мне.

— Без него с овцами будет труднее справиться?

— Потерять Макса в этом смысле — все равно что потерять десять человек верхом, — отвечал Джек.

— Неужели? — Эбби была потрясена.

— Собаки — огромная ценность. Это правда: они выполняют работу за нескольких человек, а в ответ не требуют ничего, кроме миски с едой и малой толики любви. Макс — лучший пес среди тех, что у меня были.

— Как он появился? — с интересом спросила Эбби, садясь на солому рядом с Джеком и осторожно гладя густую черную шерсть Макса.

— Я взял его у Рега Робинсона, местного фермера, который разводит овец и пастушьих собак. Макс был самым маленьким в помете из двенадцати щенков, и мать отказалась его кормить. Старик Роббо, как его зовут местные, блюдет породу, оставляет только лучших в помете. Он не думал, что из Макса выйдет что-то путное, к тому же щенка надо было выкармливать — в общем, он хотел его утопить, но я сказал, что возьму его. Роббо полагал, что я чокнутый, но такие вот коротышки часто становятся лучшими во всем выводке. Макс, конечно, не красавец с этим своим оборванным ухом, длинным носом и вечно болтающимся языком… но вырос он нормального размера — и это лучшая овчарка из тех, что я когда-либо видел. У него отличные инстинкты. Да даже если бы их у него и не было, я все равно держал бы его, просто как домашнюю собаку. Я очень надеюсь, что… не потеряю его.

— Я тоже надеюсь! — тихо сказала Эбби. — Я здесь недавно, но уже успела полюбить его. Он более самостоятельный, чем Джаспер и Рекс, но гораздо обаятельнее благодаря дружелюбной натуре.

Эбби вспомнила об Элиасе и нахмурилась.

— Я была удивлена, что ты не рассердился на Элиаса, когда он сказал, что надо прекратить его мучения…

— Возможно, он и прав, — произнес Джек, снова удивляя Эбби. — Если в рану попала инфекция, у него может начаться гангрена. Она отравит его кровь, и тогда он умрет в страшных муках. Девять из десяти известных мне фермеров пристрелили бы его.

Джек посмотрел на Эбби и увидел, что она смотрит на него недоверчиво и растерянно. Внезапно он понял, что кое в чем ошибался.

— Так ты поэтому забаррикадировала дверь в прачечной? Потому что Элиас хотел пристрелить Макса?

Эбби кивнула, и на глазах у нее показались слезы.

Губы Джека дрогнули, он обнял ее за плечи.

— Спасибо, что остановила его, Эбби. Если Макс выживет, он будет обязан тебе жизнью.

— Я не могла позволить Элиасу сделать это ужасное дело. Я знала, что вы попытаетесь спасти его… — сказала Эбби, прижавшись к Джеку. — Я подумала, что Элиас поступает жестоко, не давая Максу шанса…

— Элиаса можно счесть жестоким, но на все есть причины, Эбби.

— Какие причины?

— Элиас вырос в Голубых горах. Когда ему было десять лет, отец отдал ему новорожденного жеребенка. Кобыла умерла сразу после родов. Жеребенок был совсем маленький, но Элиас выкармливал его из бутылки день и ночь — и выходил. Разумеется, они с конем были очень близки. Когда Элиасу исполнилось шестнадцать, они однажды отправились куда-то верхом. Была зима, сильный туман… На одной из горных троп конь поскользнулся, нога попала в нору вомбата. И конь, и всадник упали. Элиас отделался ссадинами, а конь сломал ногу. Страшная травма для лошади, все кости были раздроблены. Отец Элиаса хотел сразу пристрелить животное, но мальчик умолял не делать этого. Он очень хотел помочь своему другу, но так и не смог. И тогда отец заставил его собственноручно пристрелить коня.