Книга Пламенные эвкалипты, страница 208 – Элизабет Хэран

От записки Сибил Хит пришел в абсолютное бешенство. Какого черта она пишет, чтобы он не забирал Эбби и что ее привезет Джек? Кроме того, Хита злило, что Джек тоже собрался на танцы — наверняка только для того, чтобы присматривать за ним. Чтобы обмануть Джека, Хит придумал план…. Моля бога, чтоб никто и ничто больше не помешало ему заставить Эбби выйти за него замуж. Как можно скорее!

Большую часть воскресенья Эбби попросту не выходила из своей комнаты. Она избегала разговоров с Клементиной, а с Сибил перекинулась буквально парой слов. Отклонила предложение пойти вместе с Хокерами и Фиблами на воскресную службу.

Джек надеялся, что она, как и в прошлое воскресенье, поможет ему приготовить завтрак — однако Эбби не выходила из своей комнаты.

Ранний ужин состоял из салата и холодных котлет, которые Сабу предусмотрительно приготовил заранее, готовясь к очередному постному дню. Сабу удалось избежать увольнения — внимание Джека отвлекли сбежавшие бараны, но он понимал, что стиль общения с хозяином придется менять.

Эбби открыла ему глаза на многое — он увидел, что его упрямство и гордыня могут стать причиной того, что пострадает его семья в Индии. Сабу отчасти доверился Сибил, но, чтобы избежать дальнейших расспросов о семье, решил демонстрировать самое лучшее и покладистое поведение. Кроме того, он не желал никого видеть на своей любимой кухне!

Ужин прошел практически в молчании, хотя Клементина и Сибил пытались поддерживать беседу. Клементина заметила, что Джек был молчаливее обычного, да и дома его не было большую часть дня: он занимался в саду с Максом и пропадал у своих драгоценных баранов.

Клементина с нетерпением ожидала, во что все это выльется вечером…

Сидя за столом, Эбби чувствовала на себе взгляд Джека, но глаз не поднимала. Джек решил, что она на него сердится, и очень хотел помириться с девушкой. Что же касается отношений с Клементиной — он сомневался, что они когда-нибудь станут прежними.

После ужина девушки поднялись наверх, чтобы одеться и причесаться. Эбби не проявляла ни малейшего энтузиазма, а вот Клементина хлопотала над ней, помогая надеть платье и даже сделать прическу. Сибил одолжила им свои ожерелья, очень подходившие к новым нарядам. Платье Клементины было темносиним, а у Эбби — насыщенного цвета бургундского вина.

При других обстоятельствах Эбби была бы в восторге и от нового красивого платья, и от перспективы весело провести вечер.

У нее никогда раньше не было собственных новых вещей… Однако непрестанные мысли о беременности, о необходимости скрывать все от Хокеров и то, что завтра она должна будет навсегда покинуть этот дом, вселяли в девушку только уныние.

— Что не так, Эбби? — спросила Сибил, улучив момент, когда они остались наедине. — Ты выглядишь абсолютной красавицей, но не проявляешь, мне кажется, ни малейшего желания отправиться на эти танцы?

— Я просто… немного взволнована, миссис Хокер. И смущена. Вы были так добры ко мне…

Эбби в смущении разглаживала пальцами ткань платья. Она говорила чистую правду — никто и никогда не был к ней так добр, как Сибил и Джек Хокеры.

— Ерунда, Эбби! Я действительно тебя очень люблю и благодарна, что ты не позволила мне превратиться в одинокую старуху с дурным характером. Я ведь помню свою жизнь до твоего появления в Бангари. Бедолага Джек — ему приходилось терпеть все мои перепады настроения. Я отказывалась вставать и умываться по утрам, представляешь?! Теперь с этим покончено. Я люблю моих сыновей, но мне всегда хотелось иметь дочку… и я начинаю думать, что ты и есть та самая дочка, которую наконец-то послали мне небеса.