Книга Пламенные эвкалипты, страница 220 – Элизабет Хэран

— Это просто чудо, что я успел. Когда я бежал по аллее и слышал твой крик… Я думал, что опоздал.

У него чуть сердце от ужаса тогда не выскочило. Он пытался крикнуть в ответ, но все заглушали отчаянные крики Эбби.

Эбби подумала о невинном ребенке, которого она потеряла, и тоска накрыла ее черным облаком. Она знала о его существовании всего несколько часов, она даже не успела по-настоящему привязаться к нему, но боль утраты становилась все острее.

— Я потеряла ребенка… — прошептала она. — Прости, я не сказала тебе о беременности… но мне было стыдно…

Не договорив, она отвернулась к окну, борясь со слезами.

— Нет твоей вины в том, что тебя изнасиловали, Эбби! — тихо сказал Джек, накрывая своей широкой теплой ладонью ледяную руку Эбби. — Мне бы хотелось, чтобы ты мне верила… и знала, что я всегда буду стоять за тебя. И знаю, что мама поступит так же и сделает все, чтоб тебе помочь.

Эбби до конца не верила Джеку. Сейчас им движет жалость, потому он и говорит о поддержке. Она хотела сказать, что Клементина уже рассказала ей об истинных чувствах Джека… но усталость неожиданно навалилась на Эбби, она закрыла глаза — и заснула.

Джек сидел возле кровати спящей Эбби почти всю ночь. Только на рассвете, когда лучи солнца позолотили холмы, предвещая наступление нового ясного дня, он спустился вниз, чтобы выпить чашку чаю. К удивлению Джека, Уинстон был на кухне, сверкая белоснежной повязкой на голове. Дворецкий явно еще не ложился — одежда на нем была вчерашняя, запачканная кровью.

Уинстону было около семидесяти, поэтому Джек беспокоился, как он сможет перенести эту травму.

— Тебе бы лечь, Уинстон? — сказал Джек, усаживаясь за кухонный стол.

— Я ждал гробовщика, мистер Хокер. Они с помощником приходили час назад.

— Я думал, они придут позже.

Джек и молодой доктор ночью перенесли тело Хита в малую гостиную, а Алфи Холбрук отправился за сержантом Брауном и заодно известил гробовщика.

— Алфи велел им не мешкать, сэр. Я думал, так будет лучше для мисс Скоттсдейл. Нехорошо, если мастер Хит будет долго лежать в одном доме с ней, после того что он наделал.

— Очень разумно с твоей стороны, Уинстон. Что сержант? Приезжал?

— Нет еще, сэр. Он приедет попозже.

Джек присмотрелся к старику — выглядел тот неважно.

— Ты в порядке, Уинстон?

— У меня страшно болит голова, мистер Хокер! — На затылке у Уинстона была здоровенная, величиной с куриное яйцо, шишка.

— А доктор тебя осмотрел?

— Я отклонил его предложение осмотреть меня, сэр. Как там мисс Скоттсдейл?

Джек покосился на бутылку рома, стоявшую на столе, — не в ней ли частично таилась причина головной боли дворецкого?

— Она спит — и это для нее сейчас самое лучшее.

— Конечно, сэр.

— Я до сих пор не могу поверить, что Хит пытался убить ее.

Джек не лгал. Эта мысль терзала его, не давая покоя всю ночь. Он даже ни разу не вспомнил ни о Клементине, ни о Томе, оставшихся в Мануре.

Джек, конечно, подозревал, что в наследство от отца Хит получил громадные деньги, но убийцей представить его не мог. Неожиданно еще одна мысль пришла Джеку в голову.

— Уинстон, ты же не считаешь, что это я столкнул Хита с крыши?

Дворецкий заколебался на мгновение, и Джек понял, что самого момента падения Уинстон не видел. Однако голос Уинстона прозвучал твердо: