Книга На острове любви, страница 107 – Шерил Сойер

— Отведите пленников в каюту врача, пусть доктор перенесет свои вещи в каюту старшины-рулевого, — наконец распорядился Гервей. — А человек из трюма пусть побудет вместе с ними. Я хочу, чтобы все находились под двойной охраной и не совершали никаких передвижений без моего разрешения.

Моргон снова начал возражать, лейтенант Браун потерял самообладание. Он подошел к Моргону так близко, будто собирался ударить его.

— Вы не можете ничего требовать. Вы — убийца. Вы и ваша красавица-супруга омерзительны. Мы скоро увидим, чего вы стоите, когда вас поставят на колени, а ее лишат всех драгоценностей.

Уилберфорс схватил молодого человека за руку. Гервей повторил свой приказ. Как только пленников повели в каюту врача, он посмотрел на лейтенанта Брауна леденящим взглядом.

— Сэр, идет война. Мы не ограбим аристократку. Надеюсь, вы будете соблюдать дисциплину и подчиняться моим приказам. А теперь отправляйтесь к себе в каюту и принесите мне извинения в письменном виде. Вот и все, лейтенант.

Бледный лейтенант отдал честь и спустился вниз.

Гервей повернулся к Уилберфорсу.

— Теперь мы можем спокойно отобедать. — По пути к капитанской каюте Гервей сказал: — Мне следовало бы проявить к молодому человеку большую строгость, но у него взвинчены нервы. Его младший брат служил на «Перегрине». Вчера он погиб — его разорвало снарядом на глазах Брауна.

— Боже милостивый!

Когда они уединились в каюте, Гервей рассказал обо всем Уилберфорсу. «Перегрин» легко перехватил торговое судно с грузом сахара, но неожиданно встретил сопротивление. Пушки из замаскированных амбразур вдоль средней палубы торговца открыли огонь, как только «Перегрин» оказался в пределах досягаемости, и первый залп чуть не вывел корвет из строя. Корвет не мог отступить и тут же ответил бортовым залпом. Битва получилась краткой, жестокой и закончилась потоплением «Алуэтта». Тот быстро пошел на дно, а уцелевшие поместились в одной лодке.

Капитан Хок ужаснулся такому невезению: он потерял офицеров и матросов, его корабль оказался поврежден, а в награду за это он получил лодку, набитую французами. К счастью, удалось захватить человека, из-за которого заключалась эта сделка. Когда его посадили в трюм, остальных вернули в лодку, предоставив им возможность добираться до побережья Испании.

— Он уверен, что все это задумал Моргон, — мрачно заключил Гервей. — Он жаждет его крови, поэтому мне пришлось арестовать Моргона, иначе ему и его супруге на «Перегрине» не поздоровилось бы.

— Полагаете, это была ловушка? — спросил Уилберфорс.

— Мне все равно, я и так потерял зря много времени. Самое главное теперь догнать флот. О Моргоне я переговорю с Бингом, пусть он решает, как поступить. Судя по вашим словам, этот человек вызвался стать двойным агентом. Однако не знаю, понадобится ли он нам. Совершенно ясно одно: я не оставлю его здесь, иначе он тайком переберется к французам.

— Его жену вы тоже оставите на борту корабля?

— Разумеется.

Уилберфорс не успел ответить, как появился запыхавшийся связной с донесением для капитана: «Грасьез» спешно поднял паруса и покидает гавань. Когда капитан и его гость поднялись на палубу, прозвучал голос впередсмотрящего: с юга к порту приближаются новые корабли.

Гервея охватило волнение: вот чего он ждал — боевых действий. Ему не удается догнать «Грасьез», но его радовало то, что этот корабль решил спасаться бегством. Он взял Уилберфорса за руку.