Книга На острове любви, страница 39 – Шерил Сойер

— Возможно, мои родители не были рабами — мне об этом ничего не известно. Я никогда не видела их. Но я была рабыней всю жизнь. На сахарной плантации.

— Где?

— На Мартинике. Я сбежала оттуда и приехала во Францию.

— Это непохоже на правду. — Айша замерла. Он хлопнул себя по лбу: — Извините меня, я плохо соображаю. Как я мог вообразить… ни на минуту не заподозрил, что вы могли быть…

Айша отчетливо произнесла слово, которое у него не хватило сил выговорить:

— Я — рабыня.

— Тогда нужно что-то делать.

Айша покачала головой:

— Нет, ничего не нужно делать. Еще не настало время.

— Шарлотта. — Впервые назвав ее по имени, Ги сел на диван и коснулся рукой лица Айши, чтобы заставить ее взглянуть на себя. — Во Франции у вас началась новая жизнь, появились друзья. С нашей помощью вы положите конец… этому… омерзительному положению.

— Вы не знаете моего хозяина. Моя жизнь? Она принадлежит ему. Если бы я стояла перед ним в этой красивой одежде и держала в руках сумку с золотом, он швырнул бы ее на землю и рассмеялся бы надо мной. Хозяин растоптал бы мою свободу и вернул бы меня на прежнее место. Вы мне ничем не поможете. Для этого еще не настало время.

— Не говорите так! Вы хотите, чтобы я ничего не делал? — Возмущенный Ги схватил ее за плечи. — Вам нужна помощь.

— Уберите руки.

Ги убрал руки, словно ужаленный, и встал. Он ходил кругами по комнате, затем сел на край стола и опустил руки на столешницу.

— Зачем вы доверились мне, если отказываетесь от моей помощи?

— В Париже вы у меня единственный друг. Вы честны со мной: сегодня мне хочется быть с вами откровенной. Но я не могу рассказать больше того, что вы услышали. Я должна идти своей дорогой.

Ги провел руками по лицу:

— Вы говорили об этом мадам де Рошфор? Жюли де Леспинас?

— Ни за что! — воскликнула она. — Ни с кем! Только с вами. Я верю, что вы никому об этом не скажете.

— Шарлотта, эта тайна ляжет на вас тяжким бременем, если вы не расскажете мне все остальное.

Айша встала:

— Вы выдадите меня?

— Нет! — сердито ответил он.

Айша вздрогнула, повернулась и пошла к двери. Ги опередил ее. Он не осмелился коснуться ее, но преградил дверь.

— Мы непременно должны еще раз поговорить об этом.

— Как вам угодно, — бесстрастно ответила Айша.

Нетерпеливым движением Ги убрал руку, и она покинула комнату. У нее кружилась голова. Когда Айша вошла в гостиную, к ней приблизилась Софи де Бувье.

— Я говорила всем, что у вас иногда бывают легкие недомогания: признаюсь, это заметно, но я подумала, что лучше предупредить об этом. Вы сможете поддержать беседу?

— Да. Но мне скоро придется уехать. — Айша посмотрела на гостей, с любопытством наблюдавших за ней. — Спасибо, вы отнеслись ко мне весьма учтиво.

— Ничего не понимаю! Мне показалось, что произошла обычная ссора между влюбленными. Именно так считал месье де Моргон — я никогда не видела, чтобы мужчина так ревновал. Мне было нелегко удержать его, иначе он ворвался бы к вам и прервал вашу беседу. — Софи взглянула поверх головы Айши. — Боже милостивый, что вы сделали с маркизом? Он похож на призрака.

Айша не взглянула на него. Она представляла себе выражение его лица, ибо отлично видела, какое впечатление произвели на него ее слова. Для него Айша уже не будет прежней: она заметила отвращение на его лице, когда заговорила о хозяине. Обладая живым воображением, Ги словно воочию видел глубины несчастья и унижения, от которых Айша избавилась. Он с ужасом думал о ее положении. С болью осознав это, Айша покинула комнату.