Книга На острове любви, страница 89 – Шерил Сойер

— Это интересный монарх: его примеру стоит следовать, — вежливо откликнулся Ги. — Когда этот монарх просыпается, молодые подчиненные заходят к нему выпить кофе. Он выбирает одного из них, проводит с ним часок на матраце, а остальных просит удалиться.

Щеки графа вспыхнули, он что-то пробормотал и вышел. Услышав через несколько минут взрыв хохота, Ги догадался, что их разговор пересказали Ришелье.

Ги был капитаном кавалерии, но осада требовала иной стратегии. Он проводил значительное время на передовых укреплениях, руководя саперами, которые рыли подземный ход к стенам крепости. Эта работа оказалась нелегкой, ибо земля была нашпигована камнями вперемешку с песком. Командиром первого взвода Ги назначил бывшего могильщика из Прованса и не ошибся в выборе. До сих пор не погиб ни один солдат, хотя канониры из замка стреляли метко. Город Сен-Филипп, откуда вывезли большую часть жителей, простирался до самых стен замка, однако попытка сделать подкоп у основания крепости не осталась бы незамеченной: англичане не теряли бдительности.

Ги попросил разрешения вести подкоп ночью силами одного взвода, а днем передавать роту под командование его заместителей, чтобы развеять убийственную тоску, донимавшую его с наступлением темноты. Но герцог отверг это предложение. Поэтому Ги удвоил свои усилия. Теперь солдаты делали вид, будто заняты на одном участке линии, тогда как на другом продолжалась тайная работа.

Чтобы не перемещаться верхом в пределах досягаемости выстрела со стен крепости, Ги работал вместе с другими. Все следили, чтобы Ги не подвергал себя опасности, беспрекословно выполняя его приказы соблюдать осторожность. Сам он не придавал этому особого значения. На Менорке Ги окреп, похудел и однажды иронически заметил, что подтверждает все прогнозы своего врача. Ги загорел на ярком солнце, и его покрытые мозолями руки стали такими же сильными, как у его солдат.

То, на что он напрашивался, в конце концов произошло, хотя в этом не было вины канонира, пристроившегося на крепостной стене. Случилось это однажды вечером, когда Ги возвращался к своему жилищу. Часовой, которому он приказал стоять в кустарнике недалеко от замка, закричал, но его заглушил треск выстрелов. Смеркалось, и группа англичан совершила смелую вылазку через потайной ход в крепостной стене, собираясь предпринять набег. Ги громко отдал распоряжения и галопом понесся в сторону от входа в самый большой туннель. Второй взвод выскочил из окопов позади него, и Ги заметил красные мундиры среди деревьев, затем возле него прозвучал взрыв, он свалился с лошади и погрузился в блаженное забытье.

Пока Жервеза не было в Ла-Фертэ, Айша занялась хозяйством, ибо экономка уехала в столицу вместе с ее мужем. Когда он вернулся, она размышляла, как поступить, бросая игральные кости, подаренные ей Флорусом. Такая азартная игра создавала иллюзию, будто Айша сама принимает решения. Каждое утро и каждый день она бросала кости на стол в своей спальне и следовала их указаниям. Так Айша определяла, когда ей есть, и в зависимости от выпавших чисел обедала либо с Жервезом в столовой, либо просила принести поднос в свою комнату. Так она ограничивала себя в пище. Жервез, понимая, что она избегает встречаться с ним, не возражал. Он стал называть ее «моей сумасшедшей женой», и Айша догадывалась, что он не так далек от истины.