Книга Однажды, в давние времена…, страница 23 – Сиратори Каору

На несколько секунд Андрей потерял дар речи. Перед ним стояла стройная синеглазая девчонка в коротком белом сарафане. Плечи полускрыты белокурыми, слегка перепутавшимися локонами… Та самая, что окликнула его сегодня в вестибюле. Не думая, почти рефлекторно он ущипнул себя за руку — но видение не исчезало.

— Привет… — всё ещё не вполне отдавая себе отчёт, что делает, ответил он, когда смущённая улыбка уже начала сходить с её губ. — Конечно… Катя…

— Так чего мы тогда стоим? — она снова заулыбалась во весь рот, чуть-чуть пружиня на носках от нетерпения. — Бежим к морю?

Они сбежали по круто спускающимся ступенькам. Стянув на ходу футболку и джинсы, Андрей первым влетел в воду. Но заметив, что Кати рядом нет, удивлённо обернулся.

— Ну ты что, передумала?

— Подожди, я шапочку забыла…

Как заворожённый, он смотрел на неё, пока она собирала волосы в узел, пытаясь как-то закрепить их голубым пояском от сарафана… И очнулся лишь когда Катя, ударив рукой по воде, обдала его дождём сверкающих закатным пламенем брызг.

— А меня нельзя, у меня волосы намокнут! — крикнула она через плечо, убегая дальше, навстречу катящимся к берегу волнам.

Он кинулся за ней следом… Солнце только-только начало погружаться в море, и они медленно плыли навстречу этому огромному, пылающему на фоне багряного неба золотому диску…

— Кать, стой, — вдруг схватил он её под водой за руку. — Ты зелёный луч видела когда-нибудь?

— Я вообще на море в первый раз.

— Я в третий, но тоже ни разу ещё. Говорят, надо чтоб волн почти не было. Вот как сейчас…

— Ты думаешь? Я слышала, это бывает так редко, что шансов у простого человека почти никаких.

— Это д-дубли у нас простые! — Андрей отпустил её руку и хвастливо ухмыльнулся. — А мы с тобой, может, особенные. Давай подождём, совсем скоро уже.

Они неподвижно повисли в воде и молча смотрели, как последние остатки солнца быстро опускаются за горизонт. Вот от него осталась одна только узенькая полоска, вот уже почти совсем ничего… И в этот момент, когда, казалось, оно окончательно скроется из глаз, на самой линии горизонта, там, где море сходится с небом, как будто вспыхнул изумрудный прожектор…

В наступивших сумерках они ошарашенно глядели друг на друга…

— Ты видела, нет, ты видела?! — первым опомнился Андрей. — Кать, ну скажи, что ты тоже видела. Что это — не галлюцинация.

— Я видела… — прошептала она в ответ.

— Ну вот! Я же говорил, а ты не верила!

Не сговариваясь, они развернулись и поплыли назад, к чернеющему вдалеке берегу — где с ходу повалились на ещё тёплый после дневного зноя песок…

— А они там всё пляшут… — как показалось Андрею, с сожалением, отметила Катя.

В ночной тишине со стороны пансионата по-прежнему доносилась едва слышная отсюда музыка.

— Хочешь вернуться?

— Вернуться? А, нет… Я косметику всю смыла уже. Да и волосы таки намокли слегка. Подумала просто, вот не поцапайся мы тогда, тоже сидели бы там со всеми. Или одна я осталась, а ты б ушёл… Прав ты, наверное: всё, что случилось — к лучшему…

Какое-то время они лежали молча, думая каждый о своём…

— Ну, чего уставился? — Катя заметила краем глаза, что Андрей смотрит на неё, и скорчила ему рожицу.

Он тут же отвёл глаза в сторону, словно смутившись.

— Ты… — И опять повернулся к ней, перешёл на свой обычный беззаботный тон: — Слушай, а я чего понять не могу: почему русалки есть, а русалов нет? Вот ты как думаешь?