Книга В плену королевских пристрастий, страница 267 – Марина Колесова

— Может и правда… Дай-то Бог. Ты, кстати может, проедешься, поищешь мне девчонку, чтоб на герцогиню похожа была? Я может, с помощью ее герцога растормошить бы сумела.

— Вы сами на нее похожи, хозяйка… У нее лишь глаза чуть другие, синие, а у Вас карие, да губы чуть потоньше, и хоть фигуры одна к одной, стать у нее немного другая… А в остальном, очень Вы на нее похожи, даже цвет волос у вас одинаковый. Он, наверняка, потому и запал на Вас, что Вы ему ее очень напоминаете, да только более покладисты… Она, видать, еще с тем характером, коль, его не слушая, на его коне так через ограду рванула… Так что не волнуйтесь. Отойдет он сейчас немного и обязательно вернется к Вам… – он подал ей платок. – Не плачьте, не надо плакать. Все будет хорошо. Вам о ребенке сейчас думать надо. Чтоб он у Вас здоровеньким родился. А там, глядишь, и герцог оттает, он хоть и суров, но перед Вашим обаянием трудно устоять. Особенно, коль милы, да покладисты с ним будете.

— Ты всегда знаешь, чем меня утешить, Гарт. Спасибо тебе. Иди. Камин разожги и иди. Я уже успокоилась, – графиня отерла глаза платком, что он подал ей.

Тот удовлетворенно кивнул, потом разжег огонь в камине и вышел.

Графиня села ближе к камину. Ей хотелось согреться, на нервной почве ее знобило.

Глядя на огонь, ей вспомнилась таверна, в которой ее заставлял танцевать ее отец, пьяные постояльцы и тот день, в который перепивший отец, взбешенный тем, что она заработала слишком мало денег, пообещал продать ее любому, кто заплатит больше пяти золотых… Вспомнились хмельные постояльцы, торгующиеся с виконтом, предлагавшие заплатить лишь за то, чтоб она переспала с каждым, обещая при этом оставить ее ему… Вспомнилось, как они ощупывали ее и договаривались между собой, сколько от общей суммы должен будет заплатить первый из них, если она действительно окажется девственна… и что все будут наблюдать за этим, чтобы тот, кто будет первым не соврал… И как появившийся немолодой, высокий, широкоплечий и очень сурового вида мужчина, одетый в чрезвычайно дорогой костюм, узнав в чем дело, бросил шесть золотых виконту и забрал ее… Этот день был самым кошмарным и в то же время самым счастливым днем в ее жизни. Кошмарным, из-за пережитого ужасного позора, о котором даже сейчас она вспоминала с трудом, и счастливым, из-за того, что встретила того, в кого без памяти влюбилась с первого взгляда.

Он вез ее в седле своего скакуна, а ей хотелось умереть от счастья… Она не знала, кто он, и не хотела думать ни о том, что ждет ее дальше, ни о том для чего он выкупил ее. Он представлялся ей принцем из сказки, который вырвал ее из окружающего ее кошмара. Она ехала с ним по лесу, чувствуя спиной его сильное, мускулистое тело, и хотела, чтоб это длилось вечно.

— Все, приехали, – въехав в ворота, распахнутые при их приближении слугой, незнакомец ссадил ее с седла и спрыгнул на землю сам. – Пойдем, – он пошел по дорожке к большому трехэтажному дому и, распахнув дверь, вошел, и она последовала за ним.

Войдя в гостиную, он опустился в кресло, а она робко остановилась перед ним.

— Ну и чем же ты так досадила виконту, что он решил продать тебя? – чуть прищурив глаза и глядя на нее тяжелым, мрачным взглядом проговорил он.

— Отец был недоволен, что мне мало заплатили за танцы… мне обещали заплатить больше, если я сниму кофту, но я отказалась… и тогда он решил продать меня… – потупившись, ответила она.