Книга Рейнджеры, страница 18 – Марина Колесова

— Крис, я не могу её здесь оставить умирать… просто не могу… – Элька нервно прижала пальцы рук к вискам, – можешь считать меня закомплексованной, сумасшедшей, недостойной ничего, даже звания рейнджера, но я всё равно попробую её отсюда вытащить, и ты меня не остановишь! Поэтому даже не пытайся. Лучше помоги, чем можешь, и тогда возможно у меня появится шанс сделать с твоей помощью то, что невозможно для меня одной.

— Проклятье! – Крис скривился. – Вот ведь чувствовал, что нельзя связываться с бабой! Нельзя! Вы все руководствуетесь не логикой, а эмоциями! Ты не рейнджер, Элеонора, ты как была обычной бабой, так и осталась!

— Возможно, ты прав, Крис… – на Эльку накатила невообразимо мощная волна отрешенности, – скорее всего, прав на все сто. Я действительно баба, глупая, неразумная, эмоциональная, но раз уж ты со мной связался и хоть и немного, но всё же я помогла тебе, так теперь прояви себя как мужик и помоги мне в моём экзотичном, нелогичном, эмоциональном и глупом желании. Помоги вытащить девчонку. А потом можешь расплеваться и даже вынести на Совет вопрос о моём должностном несоответствии. Я всё подтвержу и отпираться не стану, если выживу, конечно.

— Именно: если выживешь! Ты дура, Элеонора! Как есть дура!

— Хорошо, пусть дура, – согласна кивнула она головой и уперлась взглядом в его ярко-голубые глаза. – Так поможешь?

— А что мне остается, если я как последний дурак, связал себя такими обещаниями?

— Какая славная из нас парочка вышла: дура и последний дурак. Романтично, однако, – её губы дрогнули в лукавой усмешке. – Ладно, Крис, не злись… Вот что ты теряешь в конце-то концов? Даже если я погибну, это же моё решение. Ты меня останавливал. К тебе никаких претензий. Твой послужной список не будет запятнан ни в каком случае.

— Идиотка! Думаешь, я о своём имидже пекусь? Да мне плевать на него! Я согласен приписать тебе своего сопровождаемого, лишь откажись от этой бредовой идеи!

— Это ты идиот, если думаешь, что я ради галочки в личном деле собралась туда тащить практически нулевую девчонку.

— А для чего, если пользы там от неё никакой?

— Для неё! Мне её жалко! Хочу дать ей шанс.

— Одно слово: дура-баба. Вот скажи, скажи мне: а кроме неё тебе больше никого здесь не жалко? Здесь больше нет никого достойного твоей жалости? Тебе всю планету не жалко, часом? Нет? А почему? Чем эта девчонка лучше сотен тысяч, даже миллионов других, таких же погибающих? Почему шанс ей, а не им?

— Потому что я встретила именно её, и могу дать шанс именно ей.

— А их ты не встречаешь ежедневно? Почему ты всегда проходила мимо?

В это время в окно машины постучали. Элька опустила стекло и указала стоящему коменданту блока на заднюю дверь машины:

— Туда их сажайте.

Комендант распахнул заднюю дверку, и охранники подвели двух мужчин и одну женщину со связанными за спиной руками, завязанными глазами и ртом, и усадили на заднее сиденье.

— Вы им случаем уши не заткнули? – иронично поинтересовалась Элька, наблюдая за действиями охранников.

— Нет, госпожа… – растерянно ответил комендант и поспешно добавил: – но можем быстро исправить это упущение.

— Не надо, время дорого. В другой раз, – усмехнулась Элька, внутренне радуясь, что дискуссию с Крисом при свидетелях они уже продолжить не смогут.