Книга Хозяйка Сумрака, страница 106 – Марина Колесова

— Боишься?

— Не то слово, – Герман судорожно сглотнул. – Миледи умеет наказывать так, что хочется или немедленно сдохнуть или самому в Тартар пасть. Меня от одной мысли, что она разгневаться на меня может от ужаса трясти начинает. Даже Вы не сможете с ней сравниться в умении карать столь изощренными способами. Так что я трепещу перед ней и одновременно ненавижу её всеми фибрами души.

— Значит, ненавидишь и боишься… славный коктейль чувств ты перед моей женушкой испытываешь.

— Магистр, ну какая она Вам жена, она стремящаяся Вас убить стерва! Неужели Вам мало доказательств? Ведь в открытую уже пытается, в открытую! А Вы все женушкой её величаете.

— Ты можешь мне представить доказательства, что она с тварью единое целое и контролирует ситуацию в этом образе?

— Какие тут могут быть доказательства? Знаю я просто это и всё. Она всегда была с тварью едина и лишь по своему желанию в тварь обращалась, когда сожрать кого-то хотела…Так что я не понимаю, какие Вам нужны доказательства и с чего это Вы вдруг решили, что она с тварью две разные ипостаси.

— Понятно, – Магистр поднялся.

— Что Вы решили? – Герман, не поднимаясь с колен, заискивающе взглянул на него. – Вы столкнете её Тартар?

— Нет. И хватит об этом, иди, а то и впрямь разозлится на тебя.

— Вы что не поверили мне? Я клянусь Вам: всё так и есть! Она лжет Вам и морочит голову!

— Я всё понял и принял твою информацию к сведению. Иди! – повысил голос Магистр.

Не посмев больше ничего возражать, Герман поднялся и поспешно вышел.

Когда он вернулся в апартаменты Алекто, она уже расправилась с монстром, и охранники вытаскивали из дверей его бездыханный окровавленный труп, а она сама с удовлетворенной улыбкой, облокотясь на левую руку и полулежа на кушетке, наблюдала за ними. Завидев его, она пальцами правой руки поманила его к себе:

— Где был, мой мальчик?

— Выходил ненадолго.

— Мне так не отвечают! – чуть подавшись вперед, раздраженно повысила она голос, хриплые интонации которого стали напоминать хищный рык. – Где ты был и что делал?

В её тоне слышалась такая злость и напор, что Шульц, наблюдающий за выносящими тело охранниками, непроизвольно замер на пороге и заинтересованно обернулся.

— Разговаривал с Магистром, – Герман подошел к ней ближе.

— О чём?

— Да в общем ни о чём существенном, миледи… так… о ситуации в целом.

— Герман, я ж тебя наизнанку выверну, если мне сейчас же не ответишь, о чём конкретно ты с ним говорил! – её голос вновь сорвался на злобный рык.

— Миледи, помилосердствуйте, – он моментально преклонил колени, – не надо так гневаться… Чем я провинился? Я и так Вам всё дословно перескажу, о чём мы говорили. Я в основном про девочку его спрашивал… Не понял я, что за непонятки с её оберегом, и решил узнать нет ли у него видов на неё…

— А даже если есть, тебе-то какое до этого дело? – сбавив тон, неприязненно хмыкнула она. – Или подыграть ему решил?

— Миледи… ну как Вы могли такое подумать, когда я принадлежу Вам и душой и телом? У меня просто у самого на неё виды и хотел я просить Вас позволить мне до того, как Вы души её лишить надумаете, развлечься с ней, уж больно хороша девчушка… Однако мне не хотелось бы в этом вопросе соперничать с Магистром, и если бы он выказал такое желание, то вставать ему поперек дороги я бы не посмел.