Книга Радиоволна, или Соло втроем, страница 99 – Марина Колесова

Опешившая в первый момент от неожиданности Маргарита попыталась оттолкнуть его и вывернуться, но Аркадий не отпускал, а его ласки становились все настойчивей и жарче. И через некоторое время Маргарита, сметенная его напором, сдалась и перестала сопротивляться. В конце концов, он её муж, и если она требует что-то от него как жена, то почему бы и ему не воспользоваться своими правами…

Почувствовав это, он оторвался от её губ и, заглянув в глаза, срывающимся голосом спросил:

— Ты… согласна?

— Можно подумать, ты отпустишь, если я скажу «нет», – хрипло усмехнулась в ответ она.

— Отпущу, я не намерен тебя насиловать… – разжав объятия, он чуть отстранился, не спуская с нее напряженного взгляда.

И тут Маргарита поняла, что не хочет его отпускать, что ей с ним надежно, комфортно, да и её ревность к Софи показывала, что он давно ей не безразличен. Приняв решение, она сама уперлась в него испытующим взглядом:

— Если кроме меня у тебя отныне не будет ни одной сексуальной партнерши, я скажу «да».

— Обещаю, – тут же кивнул он.

— Значит, «да», – с улыбкой она уже сама притянула его к себе и приникла губами к губам, даря чувственный поцелуй, а потом, рукой нащупав на его брюках пряжку, стала распускать ремень.

Из туманящего разум единения тел их вырвал тихий, но настойчивый стук в дверь.

— Я занят! – опершись на руку и полуобернувшись назад, раздраженно гаркнул по-английски Аркадий.

— Но, мистер Аркадий, Кати так ждет Вас, – раздался из-за двери взволнованный голос гувернантки, – может, Вы подойдете хотя бы на пару минут…

— Ты разрешишь мне сходить к дочери? – на ухо зашептал он Маргарите. – Я действительно обещал Катюше уложить ее, а обещания я привык исполнять.

— Провоцировать на неисполнение обещаний чревато… Так что иди, конечно, – лукаво улыбнувшись, Маргарита разжала руки, позволяя Аркадию подняться.

— Я постараюсь недолго, Катюша устала и должна быстро уснуть, – поправляя брюки и надевая сброшенные во время их страстных объятий рубашку и свитер, заверил её он.

— Можешь не торопиться, – Маргарита, тоже поднявшаяся с пола, подошла к зеркалу в углу кабинета и стала одергивать блузку, заправляя её в юбку.

— Тогда значит, как получится, – резюмировал он и, поправив рукой волосы, вышел из кабинета.

Оставшись одна, Маргарита в некоторой задумчивости постояла еще немного перед зеркалом, потом вновь подошла к окну. Вечерние сумерки уже полностью завладели окрестностями, и лишь яркие фонари, установленные вдоль дорожек, теперь выхватывали из окружающей темноты крупные пятна пейзажа подле себя.

Прикрыв глаза, Маргарита прислушалась к ощущениям внутри себя. По организму приятной волной разлилось тепло, а потом перед мысленным взором возникло то, что она никак не ожидала увидеть. Зарождение маленькой жизни, которая растет и преображается в младенца мальчика, заглядывающего ей прямо в глаза и очаровательно улыбающегося. В страхе потерять картинку, Маргарита боялась не только пошевелиться, но и дышать. Мозг хотел верить и одновременно отвергал возможность того, что её способности вновь вернулись к ней, да еще и с таким приятным бонусом, как получение информации о себе, потому что где-то в глубине зрело и росло чувство, что это её малыш… её и Аркадия.

Через несколько минут не в силах больше сдерживать дыхание, Маргарита судорожно вздохнула, и образ исчез. Недовольно тряхнув головой, Маргарита попыталась возродить картинку, хотя в успех ей не верилось, но образ улыбающегося малыша с легкостью появился вновь, словно ободряя и успокаивая: я тут, я рядом, лишь позови…. Проверяя себя, Маргарита отпустила его, а потом, сделав минутный перерыв, снова восстановила. Малыш, не переставая улыбаться, потянулся к ней, и ее, неожиданно для нее самой накрыла неимоверно мощная волна любви и нежности к этому еще не рожденному ею ребенку. Это было столь внезапно, что она испугалась этого чувства и, отринув образ, постаралась абстрагироваться. В голове роем носились мысли, что мало того, что у нее не может быть ребенка от Аркадия, так еще и любить его заранее это какой-то нонсенс, особенно когда рядом есть уже рожденная дочь и любить надо именно ее, а не абстрактного потенциального младенца.