Онлайн книга «Сердце ведьмы»
|
— Ты хоть понял, что произошло и почему она тебя оттолкнула? — Я растерялся, отец. Вот совсем не ожидал такого, что он барьер перемахнёт, думал, остановится перед ним, поэтому и не дёргался. А тут вдруг она меня как пихнёт, что я в сторону отлетел и упал, а она на него потом кинулась. Только я не понял, зачем в седло вскочила. Она выездкой раньше занималась? — В седло вскочила, чтобы от людей увести, поскольку в неистовство он впал и опасен очень был. А чем раньше занималась, не знаю, не спрашивал, говорю же, устала она очень. — Хорошо, что она не пострадала. Я боялся, что убьётся она на нём. Он же дикий и дурной совсем. Сейчас чуть Георгу голову копытом не раскроил, тот еле увернуться успел. — Хорошо, что успел, – достаточно равнодушно откликнулся герцог, потом взглянув на часы, спохватился: – Ты есть-то хочешь? — Хотелось бы… Мы вроде не ужинали ещё. Но если вы устали и не хотите, я не настаиваю, отец. * * * Поужинав с сыном, герцог ушёл в свой кабинет, долго разбирал бумаги, которые получил о супруге: выписки из церковных книг, свидетельства священников и старост посёлков, и всё больше уверялся в мысли, что к верховым лошадям Марта нигде даже близко подойти не могла. Вот не было в её биографии места, где кто-то мог её научить так мастерски держаться в седле, причём по-мужски. Откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Что-то явно было не так. Особенно учитывая то, как она испугалась, когда поняла, что проговорилась, и ещё больше, когда он про главного инквизитора упомянул. Сразу в лице поменялась. Лежит сейчас, небось, и размышляет, как лучше преподнести утаённую от всех часть биографии. Ладно, пусть поразмышляет, всё равно он разберётся, если где-то и в чём-то наврёт. Опять начал перебирать бумаги, гадая, когда мог быть этот утаённый период. В детстве? Но таких навыков в детстве не получить, хотя, может, и в детстве. Отправили родители к тётке какой при конюшне на лето, а священнику не сказали об этом. Или забыл он, вот и написал, что присутствовала на всех воскресных службах с родителями. Но тогда почему так испугалась, особенно упоминания о главном инквизиторе?.. Мол, всё расскажу, лишь его спрашивать не надо. Может, именно потому, что на службах регулярно не присутствовала?.. Хотя вот в посёлке своём в церковь и вовсе не ходила и не скрывала этого, лишь к ней священник приходил… На этой мысли он понял, что окончательно запутался, решил, что домысливать больше ничего не будет и подождёт до утра. После чего вызвал Лидию и приказал за час до завтрака разбудить герцогиню и предупредить, что он к ней зайдёт, а потом, после завтрака, приготовить ей платье, в котором она с ним поедет во дворец инквизиции. — Да, Ваша Светлость. Я всё исполню, – тут же часто закивала та, склоняясь перед ним. — Её Светлость, кстати, звала тебя сегодня вечером? — Да, Ваша Светлость. Платье приказала забрать и заранее подготовить то, которое завтра утром она наденет. — Ты сделала? — Да, Ваша Светлость. — И ничего про платье, которое забирала, ей не сказала? — Нет, что Вы, Ваша Светлость! Я просто выкинуть его приказала, его не восстановить уже: юбка просто пополам разорвана. — Значит, больше дерзить не смеешь. Это хорошо. Она, кстати, тобой довольна? — Довольна, Ваша Светлость. Я очень стараюсь… Очень-очень… И дерзить не смею… |