Книга Сердце ведьмы, страница 292 – Марина Колесова

— Хранить отслужившую свой срок ветошь не имеет никакого смысла, но некоторым нравится. Если ты из таких барахольщиков и старьёвщиков, не смею мешать. Кому что…

— Сравнивать одушевлённых индивидуумов с неодушевлёнными вещами по меньшей мере некорректно! И потом я теперь несу за тебя ответственность!

— Договор связывает потенциалы, а у меня его теперь нет, мой дорогой! Так что ты свободен! Я по доброй воле отдала тебе всё, пользуйся на здоровье и не чувствуй себя обязанным. Ты ничем мне не обязан. Ни душе моей, ни той опустошённой телесной оболочке, что видишь перед собой. Ты свободен от обязательств, полон сил, и я порадуюсь, если всему этому ты найдёшь достойное применение.

— Я найду способ восстановить твой потенциал!

— Блажен, кто верует. Ищи, не смею мешать, – её губы дрогнули в саркастической улыбке. – Главное, по своей глупой привычке, не старайся отомстить, окончательно превратив остаток моих дней в ад, бестолково растратишь то, что получил, и не более того. Меня это сейчас вряд ли зацепит, и эго твоё останется неудовлетворённым.

— Вот с чего ты решила, что я могу начать мстить?

— Исходя из опыта, мой дорогой. Склероза-то пока у меня нет.

— Уела… Только глупо это. Если я такой мерзавец, каким ты меня считаешь, я порадуюсь твоему подарку и, переступив через тебя, пойду дальше.

— Именно на это я и рассчитываю.

— Идиотка! Мира, ты чёртова идиотка! – голос Альфреда сорвался на крик. – Почему ты не можешь понять и простить, наконец?

— Дорогой мой, это сделать как раз не можешь ты. Я давно простила и мне абсолютно всё равно, что ты будешь делать с моим подарком и со мной.

— Как же с тобой тяжело… Ты сводишь меня с ума.

— Да, я неудобна, но зато бескорыстна и не мстительна. Поэтому не вижу повода так психовать. Переступи и забудь.

— Да не могу я через тебя переступить, как ты не поймёшь? Ты дорога мне, и я не хочу, чтобы ты закончила этот жизненный виток, растеряв всё, что имела. Это по меньшей мере несправедливо.

— Ты хочешь справедливости? Являясь главным инквизитором, ты рассуждаешь о какой-то там справедливости? Дорогой мой, не надо демагогии, не на ту напал. Нет никакой справедливости, есть целесообразность, и я посчитала целесообразным завершить свой жизненный путь так, и не тебе со мной спорить. Всё! – она брезгливо скривилась, отталкивая его рукой.

— Хорошо, – тяжело вздохнув, он отошёл от её кровати, – хочешь моего диктата, получишь. Ты остаёшься здесь, и не реже чем раз в месяц отправляешь ко мне ворона либо со своей просьбой либо с докладом Лео, который не читаешь и его о содержании не спрашиваешь. Поняла? Исполнишь?

— Легко. Что-то ещё?

— Пока нет. Если твоё поведение будет в рамках допустимого, визитами постараюсь не тревожить.

— Рамки оговори.

— Чёрт, – Альфред нервно сжал в кулак руку, – не знаю я, что оговаривать, всё что угодно тебе позволить готов, лишь не вреди себе, очень тебя прошу.

— Поняла.

— Кстати, Диего тебе вернуть?

— Нет, не надо.

— Мира, девочка моя, я понимаю, что сейчас ты вряд ли отступишь от своей позиции, но на будущее, пожалуйста, имей в виду, я не враг тебе, и готов исполнить любую твою прихоть. И это не будет твоей капитуляцией, я не попрошу взамен ничего.

— А у меня ничего и не осталось, проси не проси, дать мне больше нечего.