Книга Тетрадь в косую линейку, страница 101 – Марина Колесова

— Как можно продать чью-то душу? Свою, допускаю ещё, но чужую…

— Хорошо, скажу по-другому, я перепродала его долг.

— Он задолжал тебе чем-то? Чем?

«Вот ведь умный мерзавец», – подумала я, а вслух сказала:

— Босс, я научилась концентрировать потенциальные долги и сразу коллектору, скажем так, отправлять. Там их накопилось столько, что приобретатель решил не мешкать и на радостях известил меня о времени.

— Чем сама расплатилась?

— А моего интереса никакого. За что мне платить? Я альтруистка, босс. И Вселенная это знает, поэтому ко мне никаких претензий ни у кого быть не может. Кстати, я рада, что ты мне поверил.

— Рискнуть решил. Мне все радостно слили его активы, поскольку акционеры у него не дивиденды получали, а дань ему платили, так что теперь весь его бизнес в моих руках. И никто не подкопается.

— Супер! Я рада за тебя.

— Правда недоброжелателей теперь море, мне уже парочку претензий высказали, мол откуда ты узнать мог. Пришлось отшучиваться, что машину времени заимел, и вечерние новости прочёл ещё с утра. Отцепились вроде. Ладно, ничего, прорвёмся.

— По-другому и быть не может, босс. Всё, все проблемы закончились, ты вышел на такой уровень, что проблем больше быть не может, – сказала я, и немного поторопилась с выводами.

Глава 14

* * *

На следующий день с утра, машину, на которой я ехала, взяли «в клещи» две машины ДПС, нам было через громкоговоритель приказано прижаться к обочине, и после того как водитель по моему приказу сделал это, к нам подъехала группа спецназа с автоматами. Моих охранников уложили лицом на землю, а мне достаточно любезно предложили проехать с ними.

Сопротивляться не имело смысла, и я без возражений села в ещё одну подъехавшую машину без опознавательных знаков.

Стёкла были затемнённые, но обзор был прекрасный, и исходя из того, что глаза мне завязывать не стали, я поняла, что игра в открытую идёт. Поэтому выходя из машины в знакомом паркинге, уже догадывалась, кого сейчас увижу.

Правда, сначала меня отвели не к нему, а в какой-то кабинет, где откатали все пальчики для дактилоскопии, измазав их краской. После чего дали чем-то пропитанную салфетку, чтобы я их могла оттереть.

Я не возражала и ни о чём не спрашивала. Только попросила дать ещё одну салфетку. Краска попала под мой маникюр и плохо оттиралась.

И вот после этого меня провели в кабинет к генералу, к которому я так и вошла, оттирая салфеткой ногти.

Он поздоровался, извинился за доставленные неудобства и предложил присесть в гостевое кресло.

Поздоровавшись в ответ, я села и продолжила сосредоточенно оттирать ногти.

Он попросил прерваться, ознакомиться с одним документом и подписать его.

Я отложила салфетку, внимательно прочла от первой и до последней строчки, потом вновь взяла отложенную салфетку и, сообщив ему, что никак не могу это подписать, продолжила прерванное занятие.

Он начал мне высокопарно рассказывать что-то про долг, честь, совесть и прочее, а я тем временем оттирала ногти.

Наконец это ему надоело и он, выхватив салфетку из моих рук, швырнул её в урну, проговорив:

— Почему Вы отказываетесь?

— Потому что не могу. Я другой документ подписала. Больше ни с кем не могу, – я решила играть ва-банк.

— Какой? С кем? Когда? – тут же забросал он меня вопросами.