Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1, страница 242 – Жоубао Бучи Жоу

Подождав, пока ученики отойдут подальше, Чу Ваньнин применил технику цингун и, поднявшись в воздух, запрыгнул на черепичную кровлю, после чего вернулся в павильон Хунлянь, перескакивая с крыши на крышу.

На следующее утро Чу Ваньнин проснулся и, обнаружив, что он все еще ребенок, невольно загрустил.

Он долго-долго стоял на скамье, с застывшим лицом разглядывая отражение в бронзовом зеркале и не чувствуя ни малейшего желания даже расчесать волосы. Хорошенько поразмыслив, Чу Ваньнин понял, что дальше так продолжаться не может, и отправился к Сюэ Чжэнъюну.

— Что? Вы вчера виделись с Мэн-эром и Жань-эром?

— Да. Я сказал им, что мой учитель – старейшина Сюаньцзи, и они ничего не заподозрили, – рассказал Чу Ваньнин. – Если Сюэ Мэн станет что-то спрашивать у вас, прошу, придерживайтесь моей легенды. Помимо этого, я бы хотел сказать, что занимался духовными практиками больше десяти дней кряду, но улучшения так и не наступило. Этому следует положить конец, так что мне все же придется обратиться к Таньлану.

— О-хо-хо, сегодня наш стыдливый Юйхэн уже не боится потерять лицо?

Чу Ваньнин попытался одарить главу ледяным взглядом, но в сочетании с его детским личиком этот взгляд терял свою устрашающую силу и выглядел скорее капризным, чем злобным.

Ребенком же Чу Ваньнин был столь очаровательным, что Сюэ Чжэнъюн не сдержался и, тронутый, протянул руку, чтобы погладить его по макушке.

— Уважаемый глава, – вдруг обратился к нему Чу Ваньнин, – к тому времени, как мое тело вновь станет прежним, попрошу вас взять на себя труд заказать для меня у портнихи новую одежду. Но не белую, а в цветах школы пика Сышэн.

Сюэ Чжэнъюн оцепенел, ошеломленный его словами.

— Но вы же всегда недолюбливали наши одежды с легким доспехом, разве нет?

— Порой в своем облике следует что-то менять, – мрачно бросил Чу Ваньнин и отправился восвояси.

Старейшина Таньлан крайне недолюбливал Чу Ваньнина, но в присутствии главы был вынужден держать себя в руках. Пусть он не смеялся над Чу Ваньнином вслух, насмешка была написана на его лице и легко читалась во взгляде.

Подняв голову, Чу Ваньнин бесстрастно взглянул в лицо старейшине Таньлану, и глаза у того заблестели так, будто в его голове взрывались фейерверки по столь чудесному и радостному поводу, как унижение недруга.

Чу Ваньнин снес этот взгляд в гордом молчании.

— Госпожа Ван в целом верно определила ваше состояние, – заключил старейшина Таньлан, закончив прослушивать его пульс.

Стоило ему выпустить тонкое маленькое запястье, как Чу Ваньнин тут же отдернул руку и поспешил опустить рукав.

— Почему же в таком случае спустя десять дней я не вернулся в прежнее состояние?

— Пусть в ваше тело попало совсем немного древесного сока древней священной ивы, сила его действия все же весьма велика. Боюсь, пройдет еще немало времени, прежде чем вы сможете окончательно восстановиться.

— И сколько же времени на это уйдет? – небрежно поинтересовался Чу Ваньнин.

— Точно сказать не могу, но приблизительно десять лет.

От этих слов глаза потрясенного Чу Ваньнина широко распахнулись. Старейшина Таньлан сдерживался изо всех сил, но злорадство настолько переполняло его, что казалось, вот-вот хлынет наружу.

— Да, скорее всего, вам потребуется около десяти лет, чтобы вернуться в прежнее состояние.